Вляпалась!

Господин долины Роз, весь перебинтованный, беспрекословно подчинялся командам моего бывшего директора, а тот высунул язык от усердия и мокрой тряпкой водил по голове Демьяна в поиске ран.

— А где лекарь?

— На кой тебе лекарь, детка? Я же зачем-то проходил онлайн-курсы первой медицинской помощи, — отшутился Саша. — На самом деле, не захотел привлекать к нам лишнего внимания. Оставил Демьяна ненадолго и накупил в аптекарской лавке всё необходимое, заодно приобрел на каком-то рынке лежанку. Так, повернись левее, дружище.

— Вы подружились?

— Оказалось, что у нас много общего, — хмыкнул Демьян, морщась, когда Маркелов провел ему по виску смоченным в спиртовом растворе тампоном.

— Например, мы оба видели тебя голой, — заржал Саша.

Я залилась краской до кончиков волос. Поразительно. Оставила, называется, их ненадолго вдвоем. Чем они успели поделиться друг с другом, интересно? Надеюсь, не интимными подробностями моей личной жизни?

— Докладывай, — потребовал Демьян, прикрыв веки.

Тень от ресниц падала на белоснежную, почти мертвецкую кожу. Ему бы отлежаться и восстановить силы, а не лезть в дворцовые перевороты. Но он не сможет. А потому я рассказала всё, включая скорую коронацию Виктории, совмещенную с женитьбой. Демьян слушал молча, лишь желваки его сильнее напряглись. Маркелов вообще не понимал, что происходит — но сочувственно присвистывал в особо напряженных моментах.

— Мы должны как-то сорвать их замысел, — произнес Демьян, выслушав до конца.

Ох, родной, гораздо больше, чем ты представляешь. Я вспомнила женщину невероятной красоты, что лежала сейчас связанная в погребе поместья. Вспомнила служанку, которой господин долины Роз доверял безоговорочно.

Паучьи лапы гораздо длиннее, чем мы думали.

Никому нельзя доверять, кроме самих себя.

— Выход один: мы срочно должны излечить Викторию от проклятия, а заодно и от приворота.

— Но где мы возьмем лекарство? — покачал головой Демьян.

— У твоей бывшей любовницы, — ответила я полушепотом.

Разумеется, за время моего отсутствия Маркелов успел рассказать о нашем бегстве из поместья и двух ненормальных, которых мы связали во имя благого дела.