Возвращение в Альтарьер

— А вы сначала попробуйте!

Синвер ударил первым, взметнулись красные всполохи. Эрик ответил белым потоком света, пространство заискрилось, вспышки магии замелькали под куполом.

Ларда Ровена подошла ко мне, приобнимая Рею за плечи.

— Он справится, не стоит переживать.

— Не стоит сбрасывать со счетов подлость Синвера, он виновник множества смертей, — тихо ответила я, напряжённо следя за схваткой.

Эрик сначала наступал и теснил Альтара к стене, но потом тот сделал обманный выпад, в воздухе засвистел лиловый бич, и сероглазому магу пришлось шагнуть назад — жёлтый смерч в его руках разрубило на две части, и он распался снопом рыжеватых искр.

— Карон Альтар — ваш брат? — спросила ларда Ровена.

— Нет, троюродный кузен. Меня он тоже держал в своеобразном плену, пока Рея не помогла мне бежать.

Я отвечала каронессе Кравер, но сама не могла оторвать взгляда от дуэли, а сердце, кажется, не билось. За вспышками магии не было понятно, кто одерживал верх. Кузен призвал десятки клинков, и они вихрем метнулись в сторону Эрика, впились в выставленный им огромный щит и в купол, которым накрыли дуэль.

Эрик бил преимущественно жёлтым и оранжевым цветами, но иногда в его потоке мерцали белые и зелёные искры. Заклинания Кравера уступали в эффектности рою металлических клинков, похожему на косяк остервеневших хищных рыб, что беспрестанно атаковали свою добычу. Но зато заклинания Эрика были куда эффективнее.

Другие нападения кузена Эрик легко отражал, и только клинки пока продолжали жалить моего мага, разъярёнными осами роились вокруг, пытались ранить и воткнуться в незащищённое место. Волнение сжало грудь тошнотворным спазмом. Кравер силён, но после стольких испытаний он устал.

— Никогда такого не видела, — прошептала ларда Ровена спокойным голосом, но её напряжённый взгляд тоже был прикован к дуэли.

Синвер уже корчился на полу, вздрагивал под прессом рыжего дыма, и его лицо искажала гримаса боли. Не поддерживаемые более магией, клинки осыпались на пол, Эрик отпустил щит, позволил ему раствориться и выпустить из вязких объятий застрявшие в нём лезвия. Карон Альтар умирал, хрипя и содрогаясь, а победитель смотрел на мучения поверженного врага с брезгливым равнодушием.