Обрученные кровью. Выбор

Обличенный практически абсолютной властью, один из сильнейших магов империи… он ведь и впрямь может сделать что угодно, и ничего ему за это не будет! Тем отвратительнее собственная реакция на этого мужчину. Я должна, обязана его ненавидеть и избегать!

– Ваша светлость?

От голоса заглянувшей в спальню Ванессы я резко вздрогнула. Приложила все возможные усилия, чтобы сохранить на лице хотя бы какую‑то видимость спокойствия, и обернулась.

– Где вы были?

Вопрос прозвучал излишне резко. Но не потому, что я хотела обвинить горничных в отсутствии, просто с голосом не справилась.

– Простите, ваша светлость, его светлость лорд Райан четверть часа назад приказал срочно покинуть помещение и не возвращаться вплоть до его особого разрешения…

Разумеется. Что же еще можно было ожидать? Конечно, на этот раз он подстраховался и избавился от свидетелей! Играл со мной, как кот с мышью!

Я закусила губу, сдерживая очередной рвущийся из груди стон, и с досадой выдохнула.

– Ясно. Ладно, помогите снять платье.

– А как же ужин? – робко уточнила Ванесса.

– К демонам ужин, – отмахнулась я. – Устала, совершенно нет аппетита, так что сразу лягу спать.

«Чем быстрее засну, тем быстрее наступит завтрашний день. Пройду испытание, как просил принц Дамиан, а затем, наконец, решу вопрос с возвращением домой».

Размышлениями о предстоящем испытании был занят и Дамиан Индарийский. По окончании торжественного вечера он поднялся к себе в кабинет и затребовал отчеты по подготовке к проведению завтрашнего этапа отбора.

От изучения бумаг его высочество отвлек громкий стук в дверь. Чутье подсказало, что за ней находится крайне встревоженный тайный советник.

– Входите, лорд Тарион! – разрешил Дамиан и заранее приготовился к плохим новостям.

Однако даже несмотря на готовность, первые же слова советника заставили принца удивленно вскинуть брови.

– Ваше высочество, я прошу немедленно отчислить герцогиню Ариану де Арден с отбора и отправить обратно домой.

– С чего вдруг?

– Буквально четверть часа назад мне, наконец, доставили сведения о ее роде, – произнес лорд Тарион, тряхнув тонкой папкой. – И из этих бумаг я узнал весьма неприятные вещи.