Почти королевская ведьма

Но отношения с животными у неё никогда не складывались. Именно поэтому она зачаровала для себя коврик. Порой ей казалось, что этот маленький ворсяной друг способен любить её сильнее, чем самая верная собака.

— Ладно. – девушка набрала полную грудь воздуха, хлюпнула носом и решительно поднялась. – Хватит мне сопли разводить. Я приняла решение, и я никого не разочарую. Даже себя! Нам надо собирать вещи, Федя.

Фамильяр согласно фыркнул и всеми своими тремя кисточками начал помогать девушке в сборах необходимых вещей.

Самые ценные зелья Маврида хранила в зачарованных шкафах, чтобы при очередном столкновении с ковриком они остались целы.

Зачарованы шкафы были так же хорошо, как и всё, что делала Маврида… Ну, то есть теперь, чтобы открыть их – приходилось брать в руки лом и отковыривать замок. Затем, правда, он без проблем вставал на место, но достать что-то с полок было проблематично.

Да, конечно, можно было шкафы отодвинуть, потому что чары легли как обычно, странным образом, не задев заднюю часть, которая в скором времени отвалилась.

И вроде бы разница небольшая – вскрывать дверцы ломом или двигать мебель. Но Мавриде больше нравился вариант с ломом.

Прошло около часа, прежде чем самое необходимое было собрано, разбитое окно вставлено на место, и заклеено, а уставший ковёр заварил чай.

Мощный подземный толчок сотряс хижину именно в тот момент, когда ведьмочка садилась за стол. Окна жалобно зазвенели, словно отпущенная струна. Все магические светильники в доме погасли, а стены заходили ходуном.

Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Маврида едва успела выбежать из дома к моменту наступления затишья. Ночной холод дыхнул в лицо и пустил волну мурашек по коже.

— Что это такое было? – немного ошарашенно спросила ведьма, повернувшись к фамильяру. Тот, видимо, тоже пребывал в шоке. – У нас же никогда не было землетрясений.

От настороженных размышлений девушку отвлекло едва заметное белое свечение, расползающееся в пятидесяти метрах от неё, в стороне пещеры, к которой ведьмочка никогда не ходила.

От этого места всегда веяло чем-то потусторонним и неприятным. Но выбирать где жить Мавриде не приходилось, поэтому она разделяла соседство с этим провалом, уходившим под небольшую гору, укрытую непроходимым лесом.

Происходящее всё меньше и меньше начинало нравится ведьме. Тем более, что уже через полминуты вот этого неподвижного стояния, она начала различать чей-то пугающий шёпот на незнакомом языке, а свечение становилось всё ярче и объёмнее.