Слово авторитета

 – Господин полковник не любит, когда ему дышат в лицо перегаром. Ты не смотри, что он снаружи рыхлый и производит впечатление добрячка. На самом деле у него внутри сталь, я на собственной холке уже успел в этом убедиться.

– Не знаю, что на меня вчера нашло, но я от полбутылки шампанского вырубился. Лежал пластом, будто бы водяры нахлебался, – удивился Захар.

– Может, твоя девочка чего-нибудь недозволенного в бокальчик подсыпала? – прищурился капитан. – Давай пробьем, что за особа. В два счета на чистую воду выведем.

– Девочка здесь ни при чем, – махнул рукой лейтенант. – Она чиста, как ангел, это я вчера немного подустал. Ну что, едем к полковнику? – посмотрел Захар на Шибанова. – Твоим ключом дверь закроем или мне свой достать?

Капитан невольно хмыкнул:

– Вижу, что ты созрел. Ладно, я сам достану. Давай на выход.

Глава 9

ЧТЕНИЕ ЛИЧНЫХ ДЕЛ – ЗАНЯТИЕ УВЛЕКАТЕЛЬНОЕ

Полковник не проронил ни слова, лишь только хмурился, что – то хмыкал себе под нос, иногда невесело улыбался, будто читал не личное дело лейтенанта Маркелова, а занимательное криминальное чтиво.

Но неожиданно полковник бодро поинтересовался:

– Это все про вас?

– Что именно, товарищ полковник?

– Ну, все то, что написано в вашем личном деле.

Лейтенант неопределенно пожал плечами (этот толстяк умел дать под самый дых, как заправский боксер) и ответил, покрываясь краской смущения:

– Мне не доводилось читать своего личного дела, но, наверное, там много неприятного.

– Признаюсь, очень увлекательное чтение. Я бы с удовольствием дал вам почитать, но… инструкции не позволяют. Так что попробуем обойтись без этого. Для нашего дела вы подходите идеально. То, что мы хотим поручить вам, еще полнее раскроет ваши артистические способности… Что же вы молчите-то, не желаете спросить, чем именно вам предстоит заниматься? – хитро посмотрел полковник Крылов на Маркелова, который будто бы вмерз в стул.

– Как-то не положено спрашивать у начальства, – дипломатично изрек Захар.

– Это ты верно заметил. Не положено. Но в твоем деле написано… – Полковник полистал страницы, выразительно хмыкнул и, плутовато посмотрев на Маркелова, продолжал: – Что ты более наглый.