Проклятие бескрылых драконов

Потянула энергию, опустошая чужое заклинание, и встретилась с неожиданным сопротивлением. На этот раз Ворн не хотел делиться, но ему пришлось.

Силы оказалось неожиданно много. Дракон не поскупился на защиту. И удержать все это богатство оказалось непросто. Чужая сила рвалась на волю и я, кажется, знала, как наилучшим образом ее освободить.

Когда огненная стена окончательно угасла, мне представилась картина почти закончившегося боя - орки окружили Ворна с Тошкой и готовились с ними расправиться. Принц и фамильяр ещё сопротивлялись, но было понятно - хватит их ненадолго.

Я знала, что драконье пламя не причинит вреда ни самому дракону, ни Тошке - мантикор спокойно проходил через огненную стену, поэтому предупреждать никого не стала. Просто отпустила рвущуюся с цепи силу.

То, что произошло дальше, превысило все мыслимые ожидания. Орков не просто смело, их испепелило на месте. Те, что стояли совсем близко, попадали обгорелыми головешками.

А я стояла и смотрела на весь этот ужас, не в силах поверить в увиденное. Ещё пару минут назад орки были живы, и вот их уже нет. Пусть они враги, но в такой смерти есть что-то неправильное, нехорошее. В довершении всего в нос ударил запах обгорелого мяса, и к горлу подступила тошнота.

- Ложись! - отчаянный крик Ворна заставил оглянуться, но сделать я ничего не успела.

Со стороны леса снова посыпались стрелы. Дракон превратился в смазанное серое пятно и через мгновение оказался рядом. Прижал меня к окровавленной груди и развернулся спиной к стрелам, закрывая.

Я зажмурилась, понимая, что сейчас произойдет, но ничего не случилось. Вокруг воцарилась невероятная тишина, в которой слышалось только бешено стучащее сердце дракона.

- Мессер! – заорали совсем рядом с такой громкостью, что я подскочила на месте, а дракон так сильно сжал меня, что едва не сломал рёбра.

- Мессер, вы живы!

Ворн выпрямился, и я смогла немного оглядеться. Над нами мерцал, переливаясь всеми оттенками фиолетового, защитный купол. Многоуровневый, изолированный и замкнутый сам на себе, то есть ставил его магистр. И скорее всего, не один.

Но пока никого, кроме верного подпевалы принца, видно не было. Только среди кустов и деревьев мелькали быстрые тени, но понять, кто это – враги или друзья, отсюда было сложно.