Отбор истинных! Оборотень ищет, принцесса бежит

Не верится, что совсем недавно я была готова выйти за этого мага! Где были мои глаза? Как я не разглядела подлость за маской радушия?

Сегодня Гилберта не видать, значит, затаился. Глупо верить, что он оставит меня в покое.

Что касается волка, то мысли о нём вызывают горькую досаду.

Он спас меня, но потом наговорил гадких слов. Что не переносит травоядных, презирает кроликов… А ведь я почти не сомневаюсь, он — тот самый зеленоглазый воин, которого я видела перед смертью. Тот, на чьих руках я умерла. Мой истинный.

От этого ужасно муторно на душе.

После нашей встречи метка словно налилась цветом, стала ярче… а по самому краю появился едва заметный алый отсвет. Он слишком слаб и не влияет на меня, но я чувствую — лучше держаться от волка подальше, иначе алый зальёт метку целиком, и что тогда делать?

Такого счастья мне уж точно не надо! Не хватало ещё бегать за этим невоспитанным волчарой. Раз ему пара не нужна, то и мне тоже! Это только в сказках истинные при встрече бросаются в счастливые объятия и проникаются вечной любовью.

Я вздыхаю. Старательно отгоняю мрачные мысли.

"Всё получится", — решительно говорю себе.

А служанки тем временем заканчивают с моей причёской и зачаровывают её на сохранность. Теперь волосы до завтрашнего вечера будут в идеальном порядке.

Нанетт утаскивает меня подбирать обувь, благо у нас схожий размер. Затем мы репетируем танцы, повторяем правила этикета, разрабатываем дикцию особыми упражнениями.

Мне несколько сложнее, чем сестре. Она пользуется магией. С ней и запоминать проще, а мышцы можно напитать выносливостью для долгих танцевальных упражнений. Но я не отстаю. Благо, привыкла справляться сама, без “магии-выручалочки”. Папа в детстве шутил, что с магией я бы вовсе стала непобедима, потому природа поостереглась и не дала мне сил.

К вечеру от усталости валюсь с ног. Какие уж там книги! Всё, на что меня хватает, это собрать сумочку для завтрашнего испытания.

Завтра предстоит сложный день, от которого зависит слишком многое.

Глава 5

— Объявляю сто семьдесят первый отбор открытым, — провозглашает Король Аштарии с высоты золотого балкона. Его поддерживают гул труб, бой барабанов и радостное девичье щебетание.

Отец вскидывает руку, и шум замолкает, словно вдруг накинули полог тишины.