Мертвые Игры книга седьмая

И дом… сейчас, я ощущала его иначе, ощущала, что он живой, и отчетливо, совершено отчетливо видела входы и выходы, как реально существующие, так и тот, которым воспользовалась вчера. Я видела все. Я видела количество нежити в загонах Гаэр-аша - сорок шесть представителей боевых умертвий, измененных самим ректором – он приготовился к нападению? И я видела людей. Каким-то иным, внутренним зрением, я идя по коридору видела всех, кто сейчас сидел внизу, в трех стенах от меня, видела нелюдей - братья Блаэд тоже были здесь, видела Ташши….

Он еще не вошел в дом, спрыгивал с коня во дворе… И видела троих. Тех, в ком клубилась тьма. Видела отчетливо. Гораздо более отчетливо, чем даже хотелось бы.

Гобби нагнал, схватил за руку, вдруг рванул, разворачивая к себе. В его тусклых мертвых глазах отчетливо была видна тревога.

- Все хорошо, - солгала я.

Хорошо не было. Я собиралась совершить глупость. Но я имела на нее право.

Габриэль так не думал, но отпустил мою ладонь.

Я развернулась и пошла дальше, мягко, беззвучно ступая, ощущая иначе и свое тело, и свои движения.

Ощущая силу, которая просыпалась с каждым шагом во мне… Силу. Она текла ото всюду. По капле, пока что по капле, но я знала, что найду как усилить поток. Силы мне понадобится много. Ее в принципе не бывает мало, когда готовишься вступить в схватку с самой смертью за тех, кто тебе дорог. А они мне дороги, и они, и даже жители столицы седьмого королевства и… мастер Агуд.

Я остановилась, не дойдя до лестницы, вдруг совершенно ясно ощутив - мастер Агуд мертв.

- Они убили его, - прошептала, чувствуя, как перехватывает горло.

Габриэль нагнал снова, взглянул на меня.

- Мастера сапожника, с которым я вчера встречалась, - дрогнувшим шепотом пояснила я. - Они узнали об этом и убили его.

Гоблин достал блокнот и написал:

«Ты уверена?!»

- Да, - все так же шепотом, говорить было сложно. – Я чувствую.

Гобби молча взял меня за руку, пытаясь поддержать. А я стояла, пытаясь сдержать слезы… мастер Агуд… как они узнали?!

Отпустив руку Гобби, я направилась к лестнице.

Едва я встала на первую ступеньку, разговоры внизу стихли, словно обрубленные. Взгляды, я ощутила их на себе сразу, липкие, пытающиеся проскользнуть под одежду, раздевающие, мерзкие, не вызывающие ничего, кроме желания прикрыться, но я спускалась спокойно, уже заранее зная, что Гаэр-аш меня убьет, и чувствуя, что приковала к себе всеобщее внимание, а потому на идущего следом Гобби никто даже не посмотрел.