Яблоневая слобода

На крышах некоторых домов даже виднелись солнечные батареи. От ухоженных садов в воздухе распространялся медовый аромат спелых яблок.

На окраине деревни Аня притормозила у обшарпанного здания. Выйдя из машины и присмотревшись, Сергеев понял, что перед ним развалины церкви. От штукатурки остались только рваные островки, кирпичная кладка рассыпалась. Прямо из крыши росла тонкая берёзка, жёлтые листочки трепетали на лёгком ветру.

– Та самая церковь, которую вам надо восстановить? – спросил Сергеев отца Леонида.

Отец Леонид ответил утвердительным мычанием – он вытаскивал что-то из багажника.

– Здесь был сельский клуб, – пояснила Аня. – Потом, когда совхоз развалился, закрыли и его. Теперь остатки здания вернули церкви.

– Ну, местные, наверное, скинутся на ремонт, – предположил Сергеев.

Отец Леонид снова что-то пробурчал. Выпрямившись, он вручил Ане пятилитровую пластиковую бутыль.

– Вон дом, – отец Леонид указал на некрашеную деревянную избушку рядом с церковью. – Я там остановлюсь.

– Надеюсь, это не пригодится, – пробормотал Сергеев, осматривая покосившуюся избу и заросший садик за развалившимся деревянным забором. – Удобства, наверное, во дворе?

Отец Леонид закатил глаза, махнул рукой и, подхватив свои сумки, направился к домику. Аня легонько толкнула Сергеева в плечо и мотнула головой в сторону от церкви.

– Идём?

– Идём, – вздохнул Сергеев. Лучше бы он остался в гостинице и ещё поспал.

– А тара где? – спросила Аня.

– Что? – не понял Сергеев.

– Воду во что будешь наливать?

– В себя. Я её пить буду.

– Ладно, пошли. По крайней мере, поможешь мне потом бутыли донести. – Аня держала в руках одну пятилитровую бутыль отца Леонида и ещё две шестилитровые.

Вдвоём они быстро миновали дальние огороды совхоза и, пройдя между заборами, направились к лесу. Туман всё-таки начал рассеиваться, уже просматривались жёлто-красные деревья и даже совсем рядом чётко прорисовались кусты, тоже начинающие желтеть.

– И здесь яблони, – сказал Сергеев, глядя по сторонам. Урожай в этом году удался, яблоки даже выкатывались на тропинку.

– Да, это бывшие сады имения Русаковых, – отозвалась Аня, шагавшая чуть впереди. – Потом Совхозу принадлежали. А сейчас всё ничьё, поэтому никто ни за чем не следит и никто ни за что не отвечает. А ведь это особенный сорт, Слободянка называется. Есть ещё Графская сладость и Аленькие.