Яблоневая слобода

Оказалось, что Яблочный Спас в Растяпинске – большой праздник, и по этому поводу на улицах и вокруг гостиницы почти до ночи местные развлекали приезжих песнями, плясками, конкурсами, забавками и потешками. И даже Сергееву к ужину, который он заказал в номер, бесплатно добавили карамельный яблочный пирог из песочного теста.

Сергеев, уже наевшийся местных яблок чуть ли не до тошноты, хотел было от бонуса отказаться, но посчитал это невежливым, и в один присест умял весь пирог, а потом ещё добавки заказал.

К продолжению ужина ему комплиментом от заведения доставили свеженьких тёпленьких пухлых пирожков с густым яблочно-сливовым повидлом. Но запихивать их было уже некуда, поэтому выпечка осталась ждать своего часа в холодильнике. Да, готовят тут отменно.

В полной уверенности, что от избытка приключений и двух порций яблочного пирога уснуть сразу не сможет, Сергеев завалился в постель, предварительно вернув на место у двери кресло, которое отодвигал, когда принесли ужин. Ещё и шторы задёрнул, чтобы праздничный шум и перезвоны не мешали пытаться уснуть.

Спустя минут десять после того как он улёгся, кто-то звонко постучал в окно. Сергеев мигом вынырнул из дремоты и сжался в комок. Он же на втором этаже. Ни балкона, ни лестницы, ни даже плюща под окнами нет.

За дверью по коридору прошли мерные шаги. Кажется, у двери Сергеева они на мгновение замедлились. Да ладно, не надо себя ещё больше накручивать. И так нервы взвинчены дальше некуда. И стук в окно, скорее всего, просто приснился.

Может, проверить? Или лучше не надо? Поворочавшись немного и убедившись, что никаких стуков не повторилось, Сергеев всё же встал и подошёл к окну. Осторожно отодвинул занавеску. Оказалось, уже совсем стемнело. Празднующие разошлись отдыхать, гостиничный сад и река погрузились в августовскую ночь. Правда, без луны и звёзд.

Мимо гостиницы кто-то прошёл. Длинная тень двигалась по направлению к реке. Напрягая зрение, Сергеев всё-таки сумел рассмотреть кого-то долговязого, идущего к берегу.

Тощий высоченный человек лёгкой танцующей походкой топал к воде, а на плече легко нёс нечто бесформенное. У бесформенного ноги и руки безвольно провисли. А долговязый ступал так легко, будто на прогулку вышел. Он спустился к реке и скрылся в ночной мгле.

А Сергеев так и таращился в окно, пытаясь припомнить, где же он раньше видел этого тощего с танцующей походкой. В памяти почему-то всплывал местный парк.