Ведома зверюшка

— Смотреть — смотри, но при Азамате не обсуждай, — строго предупреждаю я, — а то он за рулём, и если ему сплохеет, нам всем не поздоровится.

Исар улавливает в моём языковом творчестве тревожные намёки и уточняет:

— Что, прав целитель был, значит?

— Прав-то прав, — киваю я, — но в отличие от него я могу всё исправить. Детальная диагностика займёт дня два, а потом, скорее всего, с полмесяца придётся в Доме Целителей провести, это если оба глаза сразу делать. А если по одному, то месяц.

— Что значит «делать»? — опасливо интересуется Исар.

— Тебе лучше подробностей не знать, — отвечает за меня Азамат. — Лиза тебя вылечит в лучшем виде, за это я тебе ручаюсь. А как именно — меньше знаешь, крепче спишь.

— Ну, — не сдаётся Исар, — а зачем их по одному лечить, хотя бы?

— Чтобы можно было одним пользоваться, пока второй забинтован, — делится сакральным знанием Кир, до которого и самого эта свежая идея дошла относительно недавно, когда Азамат наконец-то собрался свести шрамы на ладонях и выправить пальцы.

— Чего уж там пользоваться, — пожимает плечами Рубчий. — И так не вижу ни шакала, а в вашем этом Доме мне и смотреть не на что. Уж лучше побыстрее расквитаться, хоть до конца месяца успею заказ доделать… если вконец не ослепну от ваших микстур.

— Микстур, — фыркают Кир с Азаматом в один голос.

— Тебе предстоит много узнать о целительстве, мой наивный друг, — добавляет Азамат. — А пока лучше расскажи, как ситуация в твоей профессиональной области? Можем на международный рынок выходить?

— Мы на своего-то покупателя недостаточно производим, — охотно переключается Рубчий.

— И рады бы, но ограничивающий фактор — фурнитура, хорошие мебельные петли тут, неподалёку от столицы, делают двое, и один уже на покой собрался, а смены нет…

Весь оставшийся полёт мы выслушиваем стенания о состоянии муданжской металлургии за пределами звездолётостроения, но хотя бы пациент не нервничает.

***

Как я и предсказывала, к операции Исар оказывается пригоден и через несколько дней получает протез с одной стороны и реставрацию с другой.

Мы с Киром долго сидели, сличали образцы радужки со старой фотографией пациента, чтобы глаза не отличались по цвету. Кир даже пожалел, что протезируем только один, а то можно было бы такую красивую золотистую радужку поставить, закачаешься…

Меж тем жизнь Дома Целителей течёт своим чередом. С утра я веду семинары у новобранцев и распределяю их на практику по дежурным врачам.