Седьмая жена короля

Если девушка настолько не хотела за него замуж, что готова днями напролет мчаться через лес, надев мужское одеяние, то ему просто следовало забыть о ней.

Именно это Терион и собирался сделать, но когда увидел, что Джарей позволил себе лишнее, не сдержался.

Терион недолго сокрушался из-за своей внезапной импульсивности. Всем его вниманием завладел необычный во всех смыслах человек.

Алэйна была интересной, когда он наблюдал за ней глазами фамильяров или через призму тьмы, но стала еще более интригующей, когда он встал перед ней в собственном теле.

Терион не мог понять, что именно не так. Ее слова, жесты, аура – буквально все было каким-то иным. Даже аромат, исходящий от хрупкого тела, казался другим, отчего привлекал внимание.

Каждое ее слово пробуждало в Терионе ворох эмоций.

Она была забавной. Ее хотелось подразнить сильнее, чтобы посмотреть, как вспыхивают бледные щеки возмущенным (стыдливым, смущенным) румянцем. Хотелось узнать, какое выражение бывает на ее лице в разных ситуациях.

Подобная необычная увлеченность сильно насторожила его.

Терион не был глупцом и понимал, что его враги могли прибегнуть к низкому плану. Все в королевстве знали, что он снова остался без жены, поэтому недоброжелатели вполне могли попытаться подобраться к нему таким способом.

Интересно, что они использовали? Какое-то темное запрещенное любовное зелье, которым опрыскали Алэйну? Или что-то еще?

Он понимал, что его могли хорошо изучить и подсунуть девушку, которая соответствует его вкусам.

В голове Териона уже возник вероятный план гипотетических врагов. И он вынужден был признать, что эта идея выглядела гениальной. Все превосходно укладывалось в схему, даже смерть Марель Боне и последующая болезнь самой Алэйны.

Марель, видимо, не была готова отдать любимую дочь на растерзание «чудовища», поэтому ее устранили как мешающий элемент. Это логично. Обычно именно матери больше всего боялись за своих детей.

После того как заговорщики убрали раздражающую женщину, они накачали Алэйну любовным зельем, которое заставило ее тело источать приятный аромат.

Терион подозревал, что без мощной темной ведьмы, способной сварить нечто подобное, и частиц его тела не обошлось. А это значило, что в его окружении снова завелись предатели, ведь он внимательно следил, чтобы нигде не оставлять ни волос, ни ногтей, ни тем более собственной крови.

После подобной процедуры тело Алэйны неизбежно должно было начать изменяться, подстраиваться. Отсюда и болезнь.