Принцесса-самозванка поневоле

Как ты мог использовать Эльвиолу в своих целях? Как ты мог заставить пойти её на такой шаг? Тебя не мучит совесть за то, что она, не выдержав всего, решила покончить с собой?

- Совесть пусть мучит на том свете Ленара, что своим поведением довёл её до самоубийства.

- И что теперь? – тихо спросила девушка. – Чего вы добиваетесь? Что дальше будет?

- А дальше: либо император Лазар добровольно уходит с трона, либо мы завоюем его земли. Война нас не страшит. За воротами уже собрались наши люди, готовые по одному нашему приказу разгромить тех, кто решил, что империя в опасности, и стал на её защиту, - объяснил генерал Броуль.

Александра перевела взгляд на императора:

- Как Вы можете это допустить? Вы – император, в Ваших руках сила и власть, в Вас верят люди и беспрекословно подчиняются. Зачем?

- Взамен на жизнь, Александра, - просто ответил мужчина.

- Проклятье? Оно действительно существует?

Мужчина изучающе посмотрел на девушку:

- Да, проклятье. И твой отец может мне помочь снять его.

- Каким образом? – удивилась девушка и перевела вопросительный взгляд на отца. – Ты ведь не обладаешь никакой магией! А для применения нашего дара – необходимо искреннее желание помочь!

- Это мы обсудим чуть позже, – сухо ответил генерал Броуль.

Александра услышала крики за окном и подошла поближе, оказавшись рядом с императором.

Из окна была видна небольшая площадь за ограждением, где столпилась армия императора совместно с военными светлых земель. Чуть подальше от них – группа горожан, которые пытались прорваться сквозь них. Откуда именно шёл дым девушка понять не смогла.

Она перевела взгляд на императора и пристально посмотрела на него. Она долго вглядывалась в него, пытаясь уловить знак, что всё это неправда, розыгрыш.

Но в ответ мужчина криво усмехнулся и перевёл холодный взгляд серых глаз вдаль, за окно.

- Как Вы можете предать свой народ?

- Подумай сама, - ответил мужчина, - твой муженёк делал всё для этих несчастных людишек, можно сказать, отдал свою жизнь ради них, а взамен получал лишь презрение, ненависть, и в любой момент, как ты имеешь возможность наблюдать сейчас, каждый готов вставить нож в спину своему собрату, не говорю уже, что они бы рано или поздно сделали это с твоим мужем.