Академия Сказочных Созданий, или Яга дракону не товарищ!

Кроме гномихи противников феячного насилия больше не нашлось – поцелуи стрекоз-переростков (при желании последних) действовали на представителей сильного пола отупляюще.

Потому студенты стояли смирно, позволяя крылатым всякие вольности. Только улыбались как идиоты, да слюни пускали. А феи, несмотря на еще прохладную погоду, окончательно разгорячились.

Чтобы избежать прилюдного осквернения академической собственности, отборочной комиссии вместе с профессорским составом пришлось кинуться на помощь невинным жертвам блудниц.

– Что творите, гадины? Сестры, не позволим им честь матерей позорить! – прокричала фея из той кучки, что дралась под трубой.

Интересно, это она про своих сотоварищей, или про наших профессоров?

Потасовка под трубой прекратилась, порядком растрепанные крылатые направились в эпицентр вакханалии, подсвечивая дорогу подбитыми глазами.

Хрупкие на вид, а дерутся неплохо. Все же и в баскетбольную команду можно записать – на одной своей злости вывезут.

Зрители улюлюкали, подбадривая развратниц, а я, кажется, заметила мелькнувший в воздухе лифчик.

– Ничего не понимаю, – помотала головой Буланна, во все глаза глядя на происходящее. – Разве так оно должно быть? Какие-то странные испытания.

Команда синих фонарей добралась до команды стрипирелл и принялась мутузить теперь уже их, не слишком разбирая, по кому в итоге попадает.

Змый уже откровенно хохотал в моей голове, болея за победу развратниц.

Профессора, невольно попавшие под феячные когти, ненадолго растерялись, но после принялись разнимать теперь уже крылатых. Студенты на соседних рядах свистели, требуя развратниц закончить начатое обнажение. С каждой секундой все больше народа ввязывалось в потасовку.

Блондинка, очнувшись, помотала головой, а после ползком выбралась из зоны боевых действий и полетела прямиком на нас.

– А-а-а, не хочу с ней! Спрячьте меня! – по-женски завизжал Ильдарчик и действительно попытался спрятаться за Ульяну.

Впрочем, единорог фею не интересовал – она вцепилась в Лешу-лешего, попытавшись унести его с собой. А пару дней назад, помнится, презрительно фыркала, что создания природы не столь утончены, как сказочные расы.

– Ты что творишь? – возопила Уля, бросившись на защиту товарища.

Коготки у нее были такие же острые, а характер порой и более скверный.