На Грани любви

Он так же смотрел на графа, и, когда тот перевел на него свой пылающий яростью взгляд, вдруг вздрогнул, как мне показалось, узнавая, и тонкая рука одним движением отстегнула перевязь меча и бросила клинок под ноги графа. Я с удивлением повернулась к мальчишке: на его лице застыло упрямое выражение, губы превратились в тонкую ниточку, но глаза… Глаза пылали холодным огнем и предчувствием смерти, но взгляда он не опускал.

— Рай, — я вплотную подошла к мальчишке и осторожно притянула к себе, — Рай, ну, пожалуйста! — крылья демоненка слегка опустились, давая мне возможность положить руку ему на плечо.

— Вот убьешь — пощупаешь, — нервно шевельнув крылом, окрысился демоненок, и все разразились хохотом.

— Ишь какой нервный! — буркнул Фон, но руку убрал.

Не смеялся только Рай. Даже по лицу Лея промелькнула улыбка, тогда как граф напряженно молчал. Молчала и я, понимая, что только от доброй воли графа Форагосского сейчас зависит судьба мальчишки.

— Гарош, освободи заводного кушара! Лей, отрежь его от силы! Привяжите его к седлу! Потом подумаем, что с ним делать, — и граф развернулся и пошел в сторону оставленных коней, тогда как Лей, наоборот, приблизился, на ходу творя заклинание.

— Не трать сил, — процедил мальчишка, — магия у меня еще не проснулась… А то дал бы я вам…

Недолго думая, отвесила затрещину, заставив замолчать на полуслове.

— А ну помолчи! — зашипела над ухом. — Едва выкарабкался, а уже угрожаешь. А вдруг передумает? — я нервно кивнула вслед Раю.

— Не-а, — ухмыльнулся пацан, — поздно. Ты это, — он кивнул на свое оружие, — клинок забери — негоже оставлять его здесь. Возьми себе — вдруг пригодится.

— Разве только тебя по заднице бить, — проворчала я, поднимая украшенные тонкой резьбой ножны, облегченно вздыхая.

***Граница Дшара***

— Лей, — я толкнула в бок задумавшегося мага.

— Что? — он хмуро повернул голову в мою сторону, но все равно одним глазом косил на сидевшего немного на отшибе демоненка.

Отблески костра играли на его длинных волосах цвета воронова крыла, и он, шипя, пытался прочесать запутавшиеся пряди и выпутать несколько веток, что упрямо цеплялись за облюбованную макушку.