На Грани любви

Прошло не менее часа. Все уснули, а я все еще крутилась на своем жестком ложе, все же даже в походах мы, студенты, спали на одеялах и пусть теплые плащи не пропускали прохладного горного воздуха, но камни не давали уснуть. На голой земле все-таки было помягче. Я подтянула колени и села. Сидеть, прислонившись к стене, было не в пример удобней. Так и уснула и не видела, как среди ночи вскочил не ощутивший меня рядом Рай и как скалилась, видя это, клыкастая морда волка.

— Кошмар, ну и ночка! — потянулась затекшими членами я.

Сегодня проснулась позже всех, наверно потому, что только под утро ощутила блаженное тепло и расслабилась. Как бы ни был хорош плащ, но он норовил сползти то с колен, то с плеч и в стылом, горном воздухе я начинала замерзать. Встала, нажала кнопку тшера и недоуменно огляделась: я лежала прикрытая, по крайней мере, тремя плащами, закутавшись в них, как в кокон. Вот почему я согрелась! Ладно хоть не приползла под бок к магам, если к Лею, то еще ничего, а вот нервировать Рая не хотелось.

— Знаешь, — обратился ко мне Шарун, — у нас есть сказка, как дочь богатого купца сбежала из дома, — смеясь, произнес он. — Ты сегодня напомнила ее.

— Ну… — протянула я, слыша общий ржач мужчин и предполагая, что ничего лестного для меня в этом сравнении нет. — У нас тоже есть сказка… Там принцессе под перину подложили горошину, — я выдержала паузу и продолжила: — Так вот, сегодня ночью я чувствовала себя принцессой на гороховом поле.

Довольная, что выкрутилась, я получила свою миску с кашей и уселась завтракать.

— Ты что, действительно замерзла? — подсел ко мне Дайшар.

— Тебе хорошо, — поканючила я, — у тебя вон какая шкура, — я показала пальцами толщину шубы волка, — а я родилась без шерсти, — трагично резюмировала я.

Дружный хохот заглушил последние слова и я, довольная, уселась есть. День предстоял тяжелый.

***Сокрытые пещеры***

— Ну вот зачем мы изо дня в день здесь дежурим? — Кыс с тоской смотрел на стену, усыпанную потухшими кристаллами.

— Ну ты же знаешь, — вздохнул Кашым, — старшие надеются, что кристаллы проснутся.

— Но ведь это бесполезно! — в его голосе звенела злость напополам с обидой. — Сколько лет они молчат...

— Не лет, Кысик, не лет — веков, — пожал плечами Кашым. — Но это ничего не меняет.

— Пока я тут сторожу века как стухшие артефакты, — буркнул он, — мою Шимису там обхаживает Реск.