(Не)покорная жена

Скоро взойдут две луны и красивые звёзды на небе. Созвездия в этом мире были незнакомые, Никита показал мне одно, похожее на круг с лучиками, которое называлось Золотые волосы.

А ещё он подтвердил мою догадку, что серебристая луна влияет на наличие и количество магии в теле человека. Кто-то очень хорошо чувствует её влияние, а кто-то совершенно не восприимчив, поэтому люди делятся на магов и не-магов.

Никита долго грел воду и купался в глубокой бочке на заднем дворе, завтра у него должен быть выходной, и мы наконец отправимся собирать травы вглубь леса, те, что подороже.

– Нам нужно поговорить, – только Никита вернулся домой, чистый и распаренный, как я тут же решила озвучить свою просьбу.

– Что, опять? – его не маленькие глаза, округлившись, стали ещё больше. Я засмотрелась, всё же молодой человек был очень красив, длинные каштановые влажные волосы, зачёсанные пятернёй назад, красиво лежали крупными волнами. Волевой широкий подбородок был гладко выбрит, хотя обычно на лице красовалась недельная щетина.

– Нет, нет, я о другом, – пробормотала, отводя взгляд. – Если вдруг мы завтра найдём редкие растения, то прошу, дай разрешение на поездку в город. Я подозреваю, что там смогу продать растения дороже, чем у местного лекаря Кудри. С ним приходится торговаться за медяки, вряд ли он будет покупать за серебряные.

– А как же дети?

Я возликовала, Никита не отказал сразу, а значит, есть шанс.

– Дети? Могу взять их с собой, – сделала предложение.

– Нет, я опасаюсь отпускать их в город, если потеряются, то ты как неместная можешь растеряться. Пусть остаются дома, но и Вишневский останется.

– А как же я до города доберусь? – растерялась, не зная, что ответить. – И дороги не знаю. Может…

– Нет, – прервал Никита. – Я договорюсь, поедешь вместе с местным купцом, он почти каждый день в город уезжает, а вечером возвращается. С ним часто кто-то ездит.

– Хорошо, – пришлось согласиться.

– Немного разрешили, но… – он на мгновение замолчал, по лицу было видно, что отвечать ему не хочется. – Всё более или менее ценное пришлось продать. Я рассчитывал, что мне будут платить за работу, – он усмехнулся. – Да и в горе я был, когда уезжали.