Августина лучше всех

— Не буду отрицать! Лунара Северин.

— Мая Лакшин. — Я потянулась поцеловать воздух за ее ухом, но вовремя вспомнила, где и в каком статусе нахожусь. — Извините, все еще теряюсь в материковом этикете, гесса Северин.

— Ничего, зови меня Лу. Я не против. — Она с жаром пожала мою руку, и, видимо, на моем лице отразилось такое удивление, что девушка смутилась. — Если хочешь, конечно…

Я уверила ее, что мечтаю о подруге, так как никого здесь не знаю и в буквальном смысле только вчера сошла на берег с корабля.

— О! Каково это было — переплыть океан? — Блестящие от любопытства глаза уставились на меня с таким восторгом, будто водное пространство я преодолела вплавь. Вторая моя рука тут же попала в плен темных пальчиков новой знакомой. — Я сама никогда не покидала Эрландию!

— Скучно, — честно призналась я, и мы обе рассмеялись, но уже через секунду смех Лунары будто обрезали.

Я обернулась, проследив за взглядом девушки, и увидела позади себя ее брата.

— Не думайте, что вы первая, кто решил подобраться ко мне через сестру, — ледяным тоном сообщил Ролан Северин, — но самая прыткая, это уж точно.

Я глубоко вдохнула, борясь с приливом праведного возмущения и желанием испепелить этого самовлюбленного индивида прямо на месте.

— Ролан! — обиженно воскликнула Лунара. — Ты мне так всех подруг распугаешь!

— Они тебе не подруги. — Гесс Северин покосился на портрет на стене, потом на меня и фыркнул. — Просто охотницы за титулом и состоянием.

Я взяла себя в руки, как учила моя благоразумная матушка, и, спокойно оглядев грубияна с головы до ног, с сомнением спросила:

— С воспитанием и так все понятно, но я надеюсь, вы все же получили классическое образование?

Ролан вспыхнул, а Лу прикрыла ухмылку ладошкой.

— Какое отношение это имеет к моей сестре?

— Тогда сейчас нам не составит труда сочинить письменное обязательство о том, что я в дальнейшем не буду выказывать никакого интереса к вашей персоне. Если я его подпишу, вы разрешите нам продолжить знакомство?

Оба Северина опешили.

А вот это уже дядина наука. Именно Зенон Кермез научил меня никому не верить на слово и подкреплять важные соглашения договором. И все потому, что почти тридцать лет назад крестная внезапно разорвала их уже объявленную помолвку.

— Пожалуй, это будет честно, — пробормотал сраженный то ли моей предприимчивостью, то ли готовностью отказаться от притязаний на его личность гесс Северин.