Скользящая во снах

Огромный черный зверь с открытой пастью, из которой торчали острые окровавленные клыки. Невольно в голове проскользнула мысль, что кровь - это хорошо: возможно, он уже сытый и на меня не польстится.

Волчара, увидев меня, остановился и, слегка склонив голову на бок, разглядывал меня прищуренными ярко-желтыми глазами. И так знакомо это выглядело, так привычно...

- Рииид?! – нараспев, с ноткой истерики, произнесла я, сама испугавшись звука своего голоса. Иногда мой мозг еще обдумывает, что нужно сказать или сделать, а язык уже срабатывает.

Волк дернулся, весь подобрался и сильно напряг здоровенное тело. Кажется, он на меня прыгать собрался! В этот момент я понимала: вот-вот случится непоправимое, однако страха совершенно не ощущала. Вспомнив последние уроки бабули (она объясняла, как можно погрузить сознание в прошлое, чтобы вспомнить что-то важное, но позабытое), я ухмыльнулась. Сейчас один большой волк как никогда нуждался в напоминании о событии, сыгравшем огромную роль и в его, и в моей жизни.

Аккуратно присев на землю рядом со зверем, пытливо заглянула в его родные глаза. Он всё еще был напряжен, но скалиться перестал. Усилием воли я заставила себя сосредоточиться, а не пялиться на измазанную кровью морду. В голове уже формировалась картинка того, что мне хотелось показать...

В следующий миг лес вокруг нас словно поплыл, тело волка стало терять свои очертания, и вот мы уже во дворе моего дома в Огриве…

Маленькая девочка с развевающимися на ветру каштановыми волосами в синем, явно большом на нее платье, сидит на корточках и усердно рыхлит землю железной лопаткой.

- Хм, что это у нас здесь? Золото? Серебро? Или другие семейные реликвии? – полуоборотень довольно улыбается, и его желтые глаза искрятся на солнце. - Пожалуй, я заберу это себе, чтобы ты больше не волновалась за свои сокровища!

- Отдай немедленно, - девочка на удивление быстро подпрыгивает в его сторону и замахивается на обидчика.

По виску желтоглазого медленно, но необратимо, стекает струйка крови, он ошалело моргает.

Девочка охает и бросается к нему, задирая подол своего платья, дабы вытереть его лицо:

- Прости меня, пожалуйста.