Будь моим... оборотнем

Он долго сверлил взглядом мою шею, а потом рискнул спросить:

— Что-то не так?

— Неприятные воспоминания, — я сглотнула комок в горле.

— Может, поделишься? Всё лучше, чем одной страдать.

Спокойный голос Ричарда помешал мне ответить.

— Не думал, что после нашей прогулки тебя ещё могут пугать леса, — заявил он, не оборачиваясь.

— После неё они и пугают.

— А, это та, в которой ты, любимый, защищал Анну ценой своего здоровья?! Забыл бы ты о ней, вычеркнул из памяти эту дрянь, — вспыхнула невеста, задыхаясь от злобы.

Интересно, забыть что? Прогулку или меня? Звучит одинаково логично.

Никогда бы не подумала, что смогу так сильно ненавидеть собственниц. Как ей не понять, что жениться Ричард едет на ней, а я взята как свидетельница и не более.

Каррел прошептал мне на ухо:

— Не обижайся на мою сестренку. Она очень ревнива.

— Я заметила.

В душу воротилась грусть, запрятанная куда подальше с начала нашей поездки.

А может, хорошо, что мне не суждено быть с Ричардом? Это означает, что и потерять его я не сумею.

Когда-то я могла пройти километры для того, чтобы отдать за него жизнь. Когда-то он был готов умереть ради меня. Когда-то он называл меня Ришей. Когда-то...

Вскоре я стану женой короля. И буду всегда верна лишь ему, и даже смогу его полюбить. Я навсегда сотру из памяти глаза, в которых так много намешено красок и чувств.

Внутри что-то перегорело. Сердце больше не разрывало на части. Оно затихло, и я смогла покорно принять свою судьбу.

Глава 4. У всего есть причины

Солнечный блин закатился за горизонт, и леса укутала темнота.

— На сегодня хватит! — крикнул Ричард и спешился.

Справа и слева — лес. Он везде, повсюду. Если бы не объезженная дорога, где даже попадались указатели, я бы решила, что скоро ветви срастутся в единое целое, и пробираться придется на ощупь.

Поужинали в полном молчании. Все так утомились, что заснули сразу, и только мне не спалось.

Когда ко мне кто-то подкрался, я грешным делом решила, что меня, наконец, собрались прибить, чтобы не мучила остальных своими метаниями.

— Не спишь? — обожгло шепотом.

— Нет.

Он подал мне ладонь, и я поднялась на ноги, тщетно пытаясь рассмотреть в кромешной темноте черты лица.