Будь моим... оборотнем

Пыталась приподняться на сломанных руках и шипела:

— Подданные, помогите... Я ... ваша королева... Видение... правдой... Смерть от рук оборотня... Нужно было... Истребить их сразу... Всех...

У вывернутых ног королевы лежал причудливый кинжал, рукоятка которого была инкрустирована рубинами, с желобком для крови. Я совершенно не отдавала себе отчета, когда сжала оружие и всадила его по рукоятку в грудь королевы.

Женщина широко распахнула синие глаза, охнула и затихла. Алый цвет проступил на шелке платья.

В висках пульсировало: я убила человека.

Я так просто убила... человека. Меня поймают и казнят.

Но нет... Меня никто не увел на плаху, и я стояла, будто ничего не произошло. Было лишь одно реальное в этом мире. Безжизненное мужское тело.

Медленными шагами я пересекла расстояние, разделяющее нас, присела на корточки около его лица и положила дрожащую руку на острые, выступающие лопатки. Не нужно быть светилом медицины, чтобы с невероятной точностью увериться в его окончательной смерти.

Слез не осталось.

Только пустота и давящее осознание того, что Ричард в сотый раз спас меня от гибели. Но в этот раз цена оказалась слишком велика.

Я заглядывала в чьи-то глаза, и их обладатели хмурились и отворачивались. Никто не подходил ко мне, не скручивал меня. Сбоку послышалось тихое:

— Отпусти его. — Этот некогда сильный, но уже потухший голос принадлежал той самой старушке, с помощью которой я смогла войти в Столицу.

Я бессильно моргала. Старушка попыталась взять меня под локоть, но я вырвалась и вновь упала перед Ричардом.

Кадры воспоминаний мешались в голове, сливались в теплые улыбки, а потом вдруг появилось кое-что другое, никак не относящееся к нему и мне.

Булавка колола шею под воротником. Я выхватила её и, примерившись к указательному пальцу, без жалости и раздумий ткнула. Капля крови выступила на коже. Затем ещё и ещё. Рука онемела, сотни раскаленных игл пронзили тело. Несколько секунд казались вечностью, а потом божества смилостивились и подарили мне забытье.

***

Солнечные лучи ослепляли.

Я натянула одеяло до лба и попыталась вернуться ко сну. Одеяло пахло травами.

Осознание пришло много позже, вырвало из меня клещами воспоминания. Итак, я мертва? Но палец болел — значит, жива. Просьба не сработала? Жертва оказалась недостаточной? И Ричард мертв?..

В этой комнатушке было больше жизни, чем во всем замке королевы. Добротные шкаф и стол, резной стул, прикроватный столик, заваленный склянками. Всё деревянное и простое, но настоящее.