Будь моим... оборотнем

Не попрощались! А ты подумала, как будешь жить?! Где прятаться? Нет? А о том, что теперь я могу с чистой совестью послать тебя на все четыре стороны? О том, что у нас нет никакого пристанища, а провести всю свою жизнь в бегах — так себе занятие? Не подумала?

Ричард поднялся на ноги и, сложив руки на груди, начал медленно ходить по поляне. Взад-вперед. Туда-сюда. Он выглядел расстроенным и злым, а меня охватил самый настоящий стыд, поэтому я уставилась на свои ботинки. Боялась посмотреть на Ричарда и увидеть в серых глазах ненависть или обиду.

Ведь он прав. Прав в сотый раз. Я запаслась провизией и бытовыми мелочами, но ничем более. Я слишком замечталась о сказочности этого мира и позабыла про его жестокость.

— Но ведь можно убежать в... — подала голос, — в другую страну. Необходимо лишь пересечь границу.

— А как ты думаешь, почему я до сих пор этого не сделал? Может потому, что это не-во-зм-ож-но? — выплюнул Ричард. — Иностранцев пускают в наше государство, хотя они и сами не особо рвутся сюда, ну а собственным гражданам выхода нет.

Тем более оборотням! Оборотням и девицам, которых разыскивает королевский охотник.

Меня окутало отчаяние. Хотелось привести некий довод, полностью оправдывающий меня и дающий надежду на чудо, но на ум ничего не приходило.

— Анна, дам тебе совет. Если вдруг мы каким-то образом выберемся, в чем я сильно сомневаюсь, научись принимать решения обдуманно. Головой!

И постучал указательным пальцем себе по виску.

— Не злись, пожалуйста, — по-детски попросила я.

— Да я и не злюсь, я немного взбешен, а так всё в порядке. Что ж у тебя там за мир, из которого ты бежишь на верную смерть? Сколько тебе лет?

— Двадцать два года.

— Совсем молодая, — покачал головой. — Жалко.

Наступила гнетущая тишина. Воздух наполнился вечерней свежестью, а небо заволокло тучами.

Ричард долго стоял, склонив голову и прикрыв глаза, а потом расправил плечи, сделав и без того ровную спину идеальной, и вздохнул:

— И когда ты поняла, что хочешь вернуться?

— Я не уверена.

.. Просто пришла в пустой дом и осознала: как раньше уже не будет. Забыть нельзя, а скрывать правду от самой себя невозможно. Что мне оставалось делать?

Он покачал головой то ли в осуждение, то ли из жалости.

— Ричард?

— Что?

— А как долго ты прячешься от охотников?

— Как и все оборотни: около десяти лет. Плюс-минус месяц.

— Сколько?!

— С тех самых пор, как на трон вошла Орелия, — невесело уточнил мой спутник.