Тень. Тетралогия

– Нет, я все понимаю, – не выдержал Талон, – месть за скелета и все такое, но почему на всех? Почему надо было всем показывать перед обедом такое…

– Талон, – прервал его хмурый эльф, – если ты сейчас окончательно испортишь мне аппетит, я набью тебе рожу. И не говори потом, что я не предупреждал, хорошо?

Тот кивнул и смолк. Миранда посмотрела на обоих, потом внезапно бросила ложку и встала.

– Сволочи, – процедила она сквозь зубы, ни к кому конкретно не обращаясь, и быстрым шагом направилась к выходу из столовой.

– Эй! – возмутился кто‑то, задетый ею.

– Прокляну! – раздался в ответ ее злобный рык, а потом хлопнула дверь.

– И я еще удивлялся, чего это нас все так ненавидят, – протянул Сит.

– Ну что, идем изучать яды? – Серж вопросительно оглядел всех.

– А куда деваться, идем, конечно, – хмыкнул Талон. – Одно радует, мы уже поели…

«Яды» нам, согласно расписанию, должны были читать совместно с ведьмаческим факультетом, в одной из больших аудиторий на верхних этажах центрального корпуса.

– Ух, – тяжело дыша, остановилась я. – Хочу обратно в подвал, на фиг такая высота.

– Ага, – согласился Серж, устало прислоняясь к стене. – Теперь я понимаю всю прелесть нашего факультета и бесконечную мудрость тех, кто занимался его планировкой.

Ари только улыбался, созерцая наши мучения. Сам эльф был отлично подготовлен физически, так что для него подъемы по лестницам проблемой не являлись.

– Может, попросить перенести аудиторию к нам? – поразмышлял Талон. – Ради такого я даже готов днем и ночью сидеть в подвале и скелетов оживлять.

Ведьмаки, шедшие рядом, немного отодвинулись. Перед дверью в аудиторию я заметила свою соседку Этери и вежливо кивнула, но та особой радости по поводу нашей встречи не выразила.

– Доверить скелетам свои ценные зелья? – раздался тут звонкий женский голос. – Нет уж, лучше тренируйте дыхание, это полезно.

Мы обернулись. Перед нами стояла женщина средних лет, которая напомнила мне гадалку, заезжавшую к нам в деревню каждую весну. Такие же собранные в пучок темные волосы, серьги и ожерелье из медяков, надетое поверх коричневого балахона. И главное, выразительные карие глаза с жирной черной подводкой.