Мой маг с высокой башни

В поисках спрятанного цитрела кто-то перерыл и растащил по всему двору даже скирдованное сено. Да что сено! Всю конюшню разворошили подобно тому стогу.

Зайдя в свою комнату, я заглянула в шкатулку, где держала деньги. Сумма внутри лежала не слишком большая, но это были все мои сбережения, и они пропали. Стоило порадоваться, что хотя бы посуда, в которой я готовила отвары и растирала стебли, уцелела, но пока мне не хотелось обманывать себя, выискивая в случившемся с нами крупицы хорошего.

– Они такие ценные? – спросил маг, наблюдая, как я переставляю горшочки и плошки из шкафчика на стол.

Мерат распорядился, чтобы нам принесли пару деревянных ящиков, которых должно было хватить для моего имущества. Как иронично... Одежду мне передали раньше, оборудование для работы я забирала сейчас, и больше ничего и не осталось. Меня лишили всех средств, а благородный маг спрашивал о стоимости глиняных баночек и настольной горелки. Он стоял, гордый и надменный, презрительно рассматривая мое скромное жилище. Кровать, стол со стулом и сундук были сделаны из дерева, отполированного за годы использования и далекого от изящных форм высокого города.

– Нет, господин, но я привыкла к этим вещам. С ними мне работать сподручнее, – ответила я, не глядя на мага.

Хрупкую посуду требовалось переложить тканью, а уже подсушенные травки – тщательно завернуть в бумагу, чтобы ломкие стебли не искрошились. Маг мог сколько угодно бросать на меня возмущенные взгляды – спешить с этим было нельзя. Ремесло травника требовало аккуратности, которую люди моей профессии ставили превыше всего.

Вот и все. Я закончила. Пришла пора прощаться с «Ласточкой». Я уходила не без сожалений, хотя никогда не считала конюшню домом. Кинарский приют странников служил временной остановкой, и это было мне известно с самого начала.

Глава 5. Две зацепки в сложном деле

В ковшике закипала вода, я закончила резать лопушиный корешок, а на пороге Хиса переминалась с ноги на ногу.

– Идем! Идем быстрее, мне велели тебя проводить, – требовала эта милая особа.

Со вздохом я развязала полосатый передник (на пестрой ткани пятна травяного сока меньше бросались в глаза), погасила огонь, а затем направилась к рукомойнику.