Мой маг с высокой башни

– Предрассудки и предубеждения! – фыркнул алаазиец. – Колдовство не так плохо, как о нем говорят. Все зависит от человека и целей, которые он преследует... Разве мы вправе судить мать, готовую пожертвовать несколькими годами собственной жизни ради больного ребенка? А деревни, подобные твоей? Знаешь, сколько людей каждый год страдает от голода и неурожаев?

Вилис замотал головой, но алаазиец не ждал ответа.

– Их можно спасти. Обряды благоденствия призваны защищать народ от страданий, но магия ненадежна. Маги не обещают результат, и люди будут рады получить иные способы защиты от голода и болезней.

Только представь сколько благодеяний колдовство может принести в мир?

Вил кивнул. Алаазиец говорил со страстью, с которой, казалось, было невозможно спорить. Мальчик задумался, что бы сейчас сказала Эйна. Чутье подсказывало, что наставница не согласилась бы с алаазийцем.

***

Лекарство пахло медом и яблоками, хотя в составе не было ни того, ни другого. Я расставила чашки и осторожно взяла поднос.

Помощь бы сейчас не помешала, но Вилу не стоило находиться среди больных. Боящаяся за маленьких братьев Кейра перебралась в «Белую ласточку», и своего ученика я не могла оставить тут.

Тидел не признался, где подцепил заразу, но мальчишка часто бегал к реке, и я подозревала, что внезапная хворь началась именно с этого – в начале лета вода оставалась холодной. Несколько дней назад мальчик был бодрым и веселым, и я не придала значения странным покашливаниям Тида. Однако вчера вечером ему внезапно поплохело, а утром слегла Кейра.

.. Моих скромных знаний в лекарском деле хватало, чтобы понять, что это серьезно.

Я медленно вошла в комнату. С занятыми руками было неудобно придерживать дверь, и я боялась разлить лекарство.

– Как себя чувствуешь? Не стало легче?

Тидел попытался пожать плечами. Из-за того, что он лежал, у получилось лишь ненамного втянуть голову в плечи.

– Выпей. Должно помочь, – сказала я, поднеся лекарство ко рту Тидела.

Он сильно потел, но жара не было.

Положив руку на бледный лоб ребенка, я ощутила прохладную и липкую кожу.

– Горячо, – пожаловался Тид. – Тетушка...

– Так нужно. Пей.

Он послушно открыл рот.

– Потерпи немного. Я сегодня сварю бульон. Вил утром принес нам курицу. Будет вкусно.

Тидел что-то промычал. Аппетита у него не было, но еда требовалась для выздоровления.

Кейра выглядела чуть лучше мальчика.

– Странная болезнь, – призналась девушка, промокнув губы платком. – Я никогда так не болела.