Ведьма ищет любовь

То ли затаившиеся на крышах гарпии устали ждать в засаде, то ли вспомнили о хороших манерах, то ли просто не выдержали напряжения пряток, но в черную ведьму полетел обломок водосточной трубы.

Я чудом уклонилась, ушла в лихое пике и, дернув черенок метлы вверх, непредсказуемой молнией взмыла над крышей.

– Ну наконец-то! – возрадовалась я, поднимая руку с разогревшимся от предвкушения магическим перстнем.

С ближайшей крыши в небо взлетели три гарпии, еще две прицельно дали по ведьме залп из огня.

Здоровенный булыжник я развеяла в пыль магической искрой, пущенной перстнем. Пригнулась, пропустив над головой летящий на манер копья отодранный от чьей-то крыши громоотвод. И поймала очень даже симпатичный флюгер.

С интересом глянула на искусно сделанный из черной жести поезд, на путях которого замерла то ли сгорбившаяся старуха, то ли кривой карлик… Увы, но присмотреться внимательнее не дала атаковавшая тройка гарпий.

Ближайшая получила поездом по морде, взвизгнула от неожиданности и рванула под защиту крыши.

Вторая попала под веер сорвавшихся с кольца искр, повредивших перепонки, и камнем ухнула вниз.

Третья посмотрела, впечатлилась судьбой своих товарок и нападать передумала.

– Куда! – возмутилась я, кидаясь вслед за улепетывающей трусишкой.

С виду гарпии смахивали на очень даже симпатичных обезьянок с большими кожистыми крыльями. Только без хвостов. И без возмутительной шерсти на теле.

Вместо волосяного покрова у них была толстая шкура, которую не всякая стрела пробьет.

Чего уж! Там и магические искры не всегда находили цель. Особенно светлые.

Большая часть гарпий была темно-коричневого или серого цвета, отчего в былые времена их частенько путали с замысловатыми статуями на крышах зданий. Но преследуемая мной особь отличалась не только трусостью, но и светлой полосой вдоль всего хребта.

Воинственно улюлюкая, я преследовала намеченную жертву. Гарпия попыталась оторваться, но быстро смекнула, что метла летит не в пример быстрее, и решительно направилась вниз, где принялась вилять между домов, как забулдыга на пути к дому.

Мы пронеслись по главной улице Доротивилля, случайно снесли с постамента бронзовый бюст основателя города (это я), порвали веревку, на которой сушилось чье-то исподнее в легкомысленный розовый цветочек (это гарпия) и очутились на главной площади… И вот тут-то я внезапно обнаружила, что все это время меня просто отвлекали от главного.