Гром и Молния

Я вцепилась пальцами в кромку стола и, тяжело дыша, процедила:

— Как вы могли, господин Сандо? Разве я это заслужила?

— Умерь пыл, Мирай, — отмахнулся он. — Я не наказывал тебя за все твои срывы и глупые выходки лишь потому, что ты приносила пользу. И сейчас хорошо мне послужишь. Все прошло так, как я и задумал. Гром проглотил наживку, теперь дело за тобой.

Он наклонился вперед. Цепкий взгляд сковал по рукам и ногам.

— Он должен увидеть в тебе не врага, а жертву обстоятельств. Хрупкую женщину, сироту, которую жестокий глава рода заставил сломать себя и отправиться на войну.

То, что он говорил, не укладывалось в голове.

Бред! Полный вздор!

Я даже рот приоткрыла, но не могла выдавить ни слова.

— Сблизься с ним. Ты ведь понимаешь, о чем я?

И взгляд, и слова резали без всякой жалости.

— Вы хотите, чтобы я стала его любовницей?

— Заставь его полюбить тебя, тогда он станет уязвим. Ради любви мужчины часто совершают глупости. А ты должна стать его слабостью.

Нет-нет. Слух наверняка меня обманывает, такое просто невозможно, немыслимо. Этот приказ переходит все границы.

Я слишком долго и потрясенно молчала, поэтому Глава добавил:

— Не делай вид, что тебя оскорбили мои слова. Ради Шиссая каждый воин должен отдать все, что у него есть. Честь, свободу, жизнь.

— Меня вовсе не этому не учили, — проговорила я, сдерживая ярость. — Да и Гром, учитывая обстоятельства нашей последней встречи, вряд ли подпустит меня близко. Ну… только если пожелает снести голову.

— Не смей перечить! — процедил господин Сандо.

Я проглотила стоящий в горле ком и продолжила звенящим шепотом:

— Вы говорили, что после озера Тамзи для меня все закончилось. Что больше не придется сражаться.

Он с горечью усмехнулся и покачал головой.

— Война еще не окончена. Мы воюем всегда, даже когда спим, вкушаем пищу или воспитываем детей. Вся наша жизнь — это борьба.

— Но почему именно я?

— У меня нет более подходящей кандидатуры. Ты хороша собой, но главное — ты опытный боевой маг.

Я низко опустила голову и сцепила пальцы. Вся моя жизнь сейчас казалась глупой и бессмысленной. Мы бегаем по кругу, уничтожая друг друга. И ради чего?

— Гром меня ненавидит, — повторила упрямо.