Пёс Её Высочества

Торговца едва не казнили, но лекари заступились – опять нелепая случайность, никто не знал, что именно на этот цветок у девушки окажется сильнейшая аллергия.

В городке, где жила третья невеста, случилась эпидемия магической ветрянки. Целый год все жители поголовно ходили с зелёными пятнами на лицах, и ни с кем ничего страшного не случилось. А юная красавица представила, как будет выглядеть на собственной свадьбе, да потом ещё каждый день видеть себя в зеркале вот такой, закатила истерику… Лекари сказали, сердце разорвалось, не выдержало.

Беттина покатала по ладони бусинку. Даже представлять зелёные пятна на собственном лице не хотелось – бр-р-р, случись с ней такое, за своё сердце она тоже не смогла бы поручиться. Хотя скорее она расколотила бы все доступные зеркала и запретила покупать новые до тех пор, пока следы гадкой болезни не сойдут.

Стоило бы испугаться, но она вдруг ощутила сочувствие к будущему мужу. Все смерти, если верить Генри, выглядели вполне естественно, а свадьбы планировались чисто по договору, никаких романтических чувств.

– Если бы на герцоге лежало проклятие, – проговорила она вслух, – королевские маги непременно его нашли бы.

– Конечно-конечно, – тут же согласился граф. – Я думаю точно так же, и моя матушка это мнение разделяет. И вы не бойтесь, всё будет хорошо… Наверное. А то, что в замке запрещено жить молодым незамужним девушкам – просто дядюшкина причуда.

От изумления Беттина всё-таки уронила бусинку.

– Запрещено? Как так?

– Почти вся прислуга в замке – мужчины, – пояснил Генри. – Из женщин есть, кажется, прачка и ещё кто-то, но те давно замужем. Моя матушка очень сердится – всякий раз, когда мы заезжаем в гости, всех её горничных герцог отправляет в соседнюю деревню. Весьма неудобно. Он говорит, что не хочет давать своим рыцарям и слугам повода для греха, это, конечно, похвально.

Он снова улыбнулся. Беттина кивнула и опять выглянула в окно. Карету качнуло на повороте, мимо проплыл столб со стрелками-указателями – наверняка одна из них показывала на замок, в котором заведены очень странные порядки. Да ещё смерти герцогских невест, да ещё страшные слухи о покойной герцогине… Нет, она не хотела верить в проклятия.