Бедная попаданка, богатая попаданка

Что там и как было потом с тем иномирянином, Вальин не знает, но с тех пор Рордон разбогател, отжал немало земель, подгребая под себя всех соседей, до которых дотянулся – кого мечом, но больше обещаниями и дружескими союзами, скрепляя их династическими браками. Настроил сосед удобные дороги, развил торговлю и магию, даже стал привечать нелюдей, особенно если те с товарами шли, превратился в империю.

– И это все благодаря иномирской магии! – мечтательно вздыхал Вальин.

Только Лиза сомневалась, что здесь какую-то роль сыграла именно магия – достаточно было заняться экономикой, может, пересмотреть налоги или политическую программу.

Как то привлечение магов или купцов, даже если они нелюди – всего-то изменили миграционную политику, привлекая таланты и развивая торговлю. То есть, возможно, и без магии одних мозгов будет достаточно?

– Вот им тогда повезло с иномирянином! – все вздыхал парнишка. Косился на девушку и вздыхал еще печальнее. – Но у них мужчина был, не то что... кхе.

Ага, ясно, женщина здесь не человек, поэтому от нее и не ждут чудес на благо королевства? Поэтому местный монарх спихнул ее первому попавшемуся мужику, чтобы тот увез ее подальше от столицы, чтобы местная знать от нее тоже ничего не ждала? Да еще туда увез, где она скорее всего сгинет? То есть только потому, что она женщина, ее сразу списали со счетов "иномирного благодетеля и прогрессора"?

Ой, да не очень-то и хотелось! Какое ей дело до недоброго к попаданке королевства, ей бы тут самой как-то выжить и устроиться.

К сожалению, это все, что успела за весь день узнать девушка. К тому же на нее периодически накатывалась слабость, так что она даже немного поспала днем, найдя перерыв между суетой прислуги. Но сейчас, к вечеру, упадок сил после болезни вновь давал о себе знать. Тем более что королевский лекарь больше не приходил, укрепляющие зелья не присылал. Видимо, действительно, передав попаданку мужу, ей сразу урезали королевское довольствие. Ну и ладно!

Пока они ужинали, опять засуетились слуги, таская в деревянных ведрах горячую воду в бадью, так и стоящую в спальне.

Глядя на это, Лиза поморщилась. Она-то надеялась искупаться спокойно еще до прихода мужа, но теперь, когда он уже здесь, решится ли оголиться?

– Поела? Можешь идти, – кивнул на дверь спальни супруг, словно понимая ее смятение.

Судя по тому, как тут же потребовал от выходящей служанки еще вина, они с приятелями собирались продолжать пировать дальше.