Аларика

— Если на той стороне все так, как должно быть — идете вы с парнями… напишу письмо — они будут королю докладывать, отдадут. Нас с тобой никто во дворец не пустит, говорят, чтобы добиться аудиенции нужно несколько месяцев.

При упоминании короля у Айлин округлились глаза. Но, похоже, у нее хватило ума не лезть в чужой разговор.

— Хорошо. — Кивнул маг после долгого молчания. — Только первым пойду я. Хватит — уже один раз другие заплатили за мою ошибку. Я бы и парня вперед не пустил — а уж тебя…

Я медленно выдохнула.

— Ортон, если ты ошибешься… и на той стороне снова окажется что-то опасное — тот, кто первым шагнет в портал, обратно может и не вернуться. Если этим первым будешь ты — второго шанса не будет. У Эльрика не будет. Мой брат в тюрьме… если вообще еще жив — и чем больше проходит времени, тем меньше вероятность того, что его не покалечили или и вовсе не успели казнить. Так какого рожна…

— Тихо.

Я коснулась его руки, заглянула в глаза:

— Прости. Если бы я могла сделать все сама — не стала бы просить. — На душе было удивительно мерзко, словно я избиваю связанного…

Он кивнул:

— Знаю. Пиши письмо.

— Айлин, в доме есть пергамент и чернила?

Она вскочила, схватила меня за руку:

— Есть! Пойдем, покажу.

— Госпожа… — раздалось сзади.

Я обернулась У дверей стоял запыхавшийся Саир.

— Госпожа, тебе письмо от государя… И — вот это. — Он протянул увесистый кошель.

Так вот по каким «делам» он исчез. А кто открыл ему портал?

— Саир, ты маг??? — нет, не может быть, даже близко не тянет… да и с нежитью бы он тогда разобрался без нас с Ортоном.

— Нет, просто государь грамоту дал — в любом городе подателю сего содействовать по мере возможности. А мне приказал — как только окажемся там, где есть маги, способные творить порталы — сразу к нему и рассказать, как ты и куда идешь.

Боги, да когда же он, наконец, меня в покое оставит! Я сломала печать. При виде знакомого ровного почерка внутри все сжалось.

«Здравствуй. Рад узнать, что ты жива и здорова. Денег, что передаст Саир должно хватить на то, чтобы обзавестись кое-каким хозяйством и вдвоем прожить год безбедно. Знаю, что от меня ничего не примешь — но эти деньги принадлежат твоей семье. Уходя из столицы Ирвилл оставил у ростовщика немало.