Невеста

И чем хуже становилось, тем больше появлялось странностей. Их истолковывали весьма определенным образом. По официальной версии, я болен… душевно.

— Что? — От удивления Эйо забывает обиду. — Они решили, что ты сумасшедший?

— Именно.

И собрались лечить. И не будь Виттар столь упрям, вылечили бы.

Оден предполагал, что его похороны были бы пышными. И речей хвалебных прозвучало бы немало. О героизме, терпении и невосполнимых потерях.

— Но ты же…

— Это хороший предлог, Эйо, чтобы держать меня в стороне от города.

И… и да, за мной присматривают. Если вдруг покажется, что я представляю опасность для короля, то меня ликвидируют.

Некролог, вероятно, уже приготовлен.

…после долгой изнурительной болезни…

— Тебя снова заперли, да? — Она устраивает голову на плече и снова делится теплом.

— Да.

— И меня с тобой? — Эйо водит пальцем по ладони Одена, словно начисто перерисовывая линии.

— Да.

— И как надолго?

— Лет на десять… может, дольше.

И обстоятельство это не могло не радовать Одена.

— Если бы мне не было так плохо, — Эйо отвернулась и убрала руку, — я бы решила, что ты все это выдумал.

Только… Оден, я не злюсь на тебя. Я понимаю, что ты не всесилен. И получилось так, как получилось. Но просто не хочу повторения. Ты ведь не можешь пообещать, что это не случится снова?

— Могу, но боюсь, что слово сумасшедшего ничего не стоит.

Глава 34

Глава 34

Непростые решения

— Виттар, ты же понимаешь, что если бы я действительно в чем-то подозревал твоего брата, он бы уже был мертв, — заметил Стальной Король.

— Все, что происходит, — исключительно временная мера. Предосторожность, не более. И не касайся дело Одена, ты сам бы на ней настоял.

Пожалуй, Стальной Король прав.

Сегодня он выглядел почти хорошо. Он сидел у окна и жмурился, но не спешил задергивать тяжелые портьеры. За толстым двойным стеклом, расчерченным стальной оплеткой, виднелись восточное крыло дворца и кусок парка.

Треугольники газонов. Ромбы клумб и сложный цветочный орнамент.

Статуи.

Фонтаны.

Дорожки, выложенные желтым камнем.

Геометрическая гармония.

— Пусть пройдет время…

— Сколько?

— Месяц… два… три… — Дыхание Короля оставалось на стекле прозрачной пленкой влаги. — Я доверяю тебе. И если ты сейчас скажешь, что совершенно уверен в своем брате, что не допускаешь и мысли, будто Оден способен причинить мне вред…

— Осознанно — нет.

— Осознанно. — Король подчеркнул это слово. — Но ни ты, ни я не знаем, как глубоко она забралась.