Невеста

И настолько нелепо, что вполне может оказаться правдой.

Виттар помнил тонкую нить на родовом гобелене, которая день ото дня наливалась силой.

— Я могу забрать брата?

— Естественно. Я распорядился, тебя будут ждать… Виттар, сам понимаешь, в городе ему показываться не стоит… некоторое время.

Неделя? Месяц? Год?

Это не ссылка. Разумная предосторожность, на которой в любом ином случае Виттар сам бы настоял.

— И портал пусть открывает кто-то другой. Силы тебе пригодятся.

Стальной Король поднялся, опираясь на подлокотники кресла.

Он не был стар.

Но война оставила слишком глубокие раны.

— Я очень надеюсь, — тихо произнес Стальной Король, — что твой ребенок родится здоровым. И поверь, будь иной выбор, я не стал бы подвергать его риску. Да и девочка хорошая… скажи ей.

— Что?

— Что сам хотел этой свадьбы. Женщинам порой нужно говорить очевидные вещи.

Быть может, он был прав и в любом случае совет стоил того, чтобы им воспользоваться. Но Виттар спешил, а Тора спала. У нее было такое умиротворенное выражение лица, что будить Виттар не решился.

Коснулся щеки и, наклонившись, поцеловал.

— Ты мое золотце, — сказал он шепотом. Но вряд ли был услышан.

Глава 31

Глава 31

Цветы и камни

Я вернулась домой.

Я открыла глаза и поняла, что вернулась домой.

Я ведь помню… балдахин из розового газа, просвечивающий сквозь тонкую ткань потолок с мозаикой из яшмы и малахита. Широкий подоконник, на котором стояла ваза с тонким журавлиным горлом. Прозрачные легкие шторы, что даже в безветренную погоду шевелились.

Безопасности.

Уюта.

Это моя комната и моя же кровать, пусть несколько тесноватая на сегодняшний день. Но я касаюсь резной спинки — цветы и листья. Лак потускнел, но пальцы помнят узор.

И на огромной пуховой подушке по-прежнему неудобно лежать.

А одеяло норовит соскользнуть…

— Доброе утро, Хвостик.

Брокк сидит в кресле, которого прежде здесь не было. Его наверняка принесли для Брокка, поскольку остальная мебель в комнате слишком мала для него.

Хвостик… я повсюду за ним ходила.

— Доброе. — Мне с трудом удается подавить зевок.

— Тебе удобно? Я подумал, что здесь тебе будет привычней.

— Удобно.

И хорошо. Я жмурюсь, потому что солнце яркое, расплескало по полу лужицы света. Я ходила по ним босиком и радовалась ощущению тепла…

…это было давно.

Спуская ногу с кровати, я до жути боюсь, что все хорошее осталось там, в прошлом. Но пальцы касаются гладкого, разогретого солнцем дерева, и мне хочется смеяться.