Невеста

…потом игра для двоих.

…дверь, комната, подушки, пух… влажный язык зализывает раны на шее… и виноватый взгляд лиловых глаз… шерсть цвета меди с белой проседью узоров. Острые иголочки вдоль позвоночника, слишком мягкие, чтобы и вправду защитить, они царапали подбрюшье, дразнили.

Что из этого действительность?

И как все было на самом деле?

Когда Виттар почти потерял терпение, дверь открылась.

— Прошу. — Человек снял очки и принялся протирать их полотняными пальцами. — Садитесь куда-нибудь… например, сюда.

Он указал на кресло, и Виттар подчинился.

Тора лежала в кровати. Дышала. Была жива.

— И позвольте вашу руку. — Очки вернулись на переносицу.

— Что с ней?

И зачем человеку рука Виттара?

— Ничего страшного. Девушка просто-напросто спит. Как бы это выразиться… полагаю, ночь была весьма… бурной. И я не ошибусь, сказав, что ей пришлось менять облик?

Виттар кивнул.

Доктор извлек из нагрудного кармана серебряный брегет на толстой цепочке.

— И что для нее это действие непривычно?

Виттар снова кивнул.

— Полагаю, она несколько увлеклась. Не рассчитала силы. Она устала физически. Добавьте сюда почти полное энергетическое истощение. И эмоции. Глубокий сон более чем нормален в данной ситуации.

Тора будет жить.

Она спит. Проснется. И будет жить.

— И что делать?

— Ну… попробуйте напоить ее бульоном, силы пригодятся. И теплое молоко с медом тоже будет неплохим лекарством. А в остальном — отдых и еще раз отдых… Единственное, — крышка брегета откинулась со щелчком, — я оставлю вам лауданум для успокоения нервов.

Пальцы перехватили запястье, а доктор замолчал, уставившись на часы.

Виттар и без него слышал, что пульс ускорен и сердце бьется не так, как обычно, то замедляясь, то пускаясь вскачь. Испарина — тоже ненормально.

И головная боль.

У бешенства другие симптомы.

— Я могу вас попросить о небольшой услуге? — Доктор отпустил руку. — Мне бы хотелось взять ваши… жидкости для анализа. Кровь. Слюну. Мочу.

— Это не первый случай?

Теперь, когда страх за Тору отступил, к Виттару стала возвращаться способность мыслить.

— Вы догадливы. Насколько мне известно, третий.

О предыдущих двух Виттар не слышал.

Почему?

Потому что тот, с кем подобное произошло, сделает все, чтобы огласки не случилось.

— Война на многих сказалась. — Доктор извлек из кофра стальную коробку со шприцом и иглами. — И когда меня позвали к первой… пациентке, я решил, что имею дело с банальным срывом.