Невеста

Солнце просвечивает сквозь туман, словно бельмо на гигантском глазу, и его зыбкий свет меняет королеву.

Она сидит на краю платка, из тех черных, разрисованных алыми маками или же розами, что так милы крестьянским девкам. Ее величество ныне сменила облик. Ей к лицу простая белая блуза и саржевая юбка, грубая, подчеркивающая девичью хрупкость. Вместо драгоценных камней на шее висят стеклянные бусы. Косы уложены короной, и цветные ленты, что спускаются по плечам, — чем не лоза перевоплощенная.

— А у тебя приземленные вкусы, если такое нравится, — заметила королева и повторила: — Садись, не испытывай терпение.

Оден присел на край платка. Бросил взгляд на руки, убеждаясь, что свободен. Королева небрежно бросила:

— Мир грез переменчив.

И не надо гадать, в чьей власти совершить перемену.

— Правда, маленькие девочки очаровательно наивны? И так похожи… все верят в любовь. И в то, что если уж суждено влюбиться, то это навсегда.

— Не трогай ее, пожалуйста.

— Почему? — Она потянула за ленту, и косы упали на плечи, темные, тяжелые.

Оден помнил, что на ощупь они похожи на змей.

— Это лишь твое больное воображение, дорогой, — заметила королева. — Ты меня несколько… демонизируешь.

— Причины есть.

— Неужели?

Странный разговор и странный мир. Оден не удивляется, когда в подставленный королевой кувшин льются небесные туманы, чтобы превратиться в молоко.

— Скажи, зачем ты пришел на Перевал? Точнее, не ты — вы… — Она разлила молоко по глиняным кубкам. — Будешь?

Отказываться было бы неблагоразумно.

Да и пожелай она отравить Одена, неважно, во сне ли, наяву, давно бы сделала.

— Именно, — согласилась королева, передавая некрасивую, кривовато обожженную посудину.

Оден постарался взять так, чтобы не прикоснуться к белым пальцам Мэб.

— Десять лет тому граница проходила по ту сторону гор… двадцать — за рекой… тридцать… да и мне ли рассказывать, ты же неглуп, ты сам все понимаешь.

Война началась давно, тихая, подспудная, состоящая из пограничных стычек, которые чаще всего заканчивались поражением альвов.

— Тебе поручили Гримхольд и крохотную приграничную крепостицу? Тебе, Оден, второму по силе после короля?

— Мне нужен был отдых.

— И как отдохнулось? — Лукавая улыбка и по-прежнему мертвые глаза. — Отдыхают дома, Оден. Ты же хотел вернуться… но тебя попросили.