Некромантка в академии дракона

Он же продолжал:

– А потом, до концентрации менталистов решили ускользнуть, а единственный путь для вас – на спинах ваших подельников.

Ему не ректором надо быть, а дознавателем. Но, он, видимо, еще и мысли читать умел.

– Ну, что ты, в соревнованиях между факультетами я тоже участвовал, – он отпил чая. – Так что о том, могут сотворить студенты, будучи ректором, я знаю не понаслышке.

– Правда? – я округлила глаза.

Бастиан только усмехнулся.

– Вы не первые, кто проворачивает что-то подобное. Но вообще, как выпускнику боевого, приятно, что вы сделали менталистов.

– Почему? –удивилась я.

– Они всегда считались непобедимыми. А тут ты со своими талантами.

Плохой я боевик, все по моим глазам прочел.

– Чем нам это грозит? – тихо спросила я.

– Ну, вместо сборов на праздник, твои друзья будут отмывать то, что сотворили, помимо наказания Реймонда.

Я грустно выдохнула. Мне неважен бал, могу и в брюках прийти, тем более, у меня планы с Лекси.

– Но не ты! – припечатал дес ректор.

– Что?

– Ты не будешь, ты будешь собираться, как и все девушки.

– Я тоже виновата, – пробурчала я, – меня также нужно наказать.

– Тьяна, – строгий голос заставил замолчать, – я не передумаю, это тоже наказание. Я понял, что за друзей ты постоишь горой. Значит, вам всем нужно было думать, как провернуть это незаметно для меня. Еще и твой полет на драконе.

– А с ним-то что? – не подумав, ляпнула я.

Ай! Я осознала, что сказала, только тогда, когда слова сорвались из губ.

– Ты не понимаешь? – Бастиан склонил голову и еще больше приблизился ко мне.

– Нет, – пищала я как мышка, изображая недалекую.

Конечно, я все понимала.

Бастиан тремя пальцами взял меня за подбородок, приподняв и сжав его.

– Что в тебе еще сокрыто?

– Не знаю, – медленно и недоверчиво ответила я.

Одной рукой он продолжал придерживать подбородок, а второй убрал мою непослушную прядь за ухо. В его глазах мелькнуло не замеченное мною раньше странное выражение – нежность. И он поцеловал, властно, сильно, придерживая меня, чтобы я не вырывалась.

– Тьяна, – услышала я свое имя с легкой хрипотцой.

И тут же он привлек меня опять, завлекая. И требуя.

Что оставалось мне? Я ответила, со всей пылкостью и решительностью, на которую была способна.

Мне казалось, что это никогда не закончится. Наши языки аккуратно касались друг друга, не переходя во что-то неприличное, прочитанное мною в любовных романах.