Рыжее (не)счастье императора

Я не буду долго тянуть, хотя очень хочется, – она перевела взгляд на стоявших надо мной покорных слуг: – Асхашшш…

В следующий миг серая тень бросилась ей в лицо. От неожиданности и боли Лера отшатнулась и споткнувшись рухнула на край кровати. Не удержалась, сползла на пол, и оба кувшина взорвались, осыпая её осколками. Несси взвыла, ей, похоже, тоже досталось, но продолжила работать когтями.

– Уберите эту дрянь, – заорала Лера, и два истукана послушно бросили мои руки и шагнули к ней.

***

Высокая дверь лазарета распахнулась с грохотом.

***

Густой туман. Я слышу чьи-то голоса, но всё смазано. Вглядываюсь, вслушиваюсь – бесполезно. Порыв ветра и передо мной круглая площадка, мощёная красным булыжником. В центре горит огонь. Ни соломинки, ни веточки, чтобы подкормить его. Чистая магия. Но рядом лежит несколько пучков трав. Я пытаюсь их разглядеть. Но отвлекаюсь на голоса.

На площадке опять двое. Старый император сам вручает меч моему отцу.

– Ты должен будешь убить меня, когда моя сила перельётся в тебя.

– Но, Великий…

– Молчи. Передав тебе силы, я проживу недолго и погибну в мучениях. Представь, если ты в один момент лишишься зрения, слуха, рук, ног и всего остального, что соединяет тебя с миром. Потеряв магию, я превращусь в жалкого червя. И тянуть долее опасно. Если я умру своей смертью, божественная магия Огня погаснет вместе со мной, и дракон исчезнет в Потоке. Уходить надо вовремя, мой канах.

Император с трудом наклоняется и бросает в огонь большой пучок трав. Дым окутывает Императора и его преемника, Великого и его Канаха.

Дым рассеивается, старик стоит на коленях у самого огня, в его руках последний пучок трав, самый маленький.

– Ты готов?

– Да, но я ничего не чувствую.

– Не спеши, я скажу тебе, когда пора.

Император бросает последний пучок трав, и огонь поднимается до небес.

Не могу понять, что произошло, но старик весь скукоживается, растерянно оглядывается и непонимающе смотрит сначала на свои морщинистые руки, потом на моего отца.

Порыв ветра опять уносит слова:

– … капсулам шень … не место, – гремит голос моего отца, и он снова сносит мечом голову старому императору. Ручейки крови бегут по красным булыжникам жертвенника.

Я кричу.

***

– Тея, очнись, – знакомый голос вырывает меня из жуткого сна.