Рыжее (не)счастье императора

И, прежде чем я успеваю сообразить, что это не каприз памяти, оказываюсь в мужских объятиях и судорожно вдыхаю своё наваждение.

Глава 3. Канахи

– Привет, Огонёк!

– Что вы себе…

–Тс-с, – и больше я ничего не успеваю сказать. Мой рот перекрывают губы незнакомца.

В следующий миг неожиданно для меня самой пламя отбрасывает наглеца, ну или точнее слегка отталкивает. Потому что он успевает выставить щит. Очень необычный тёмно-синий, с яркими голубыми проблесками. Теперь он стоит в шаге от меня, и… улыбается?

– Я примерно этого и ожидал, девочка.

Ты мне нравишься всё больше и больше, – тихо говорит он.

И так же тихо, помня о стражнике за дверью, шиплю я:

– Я, кажется, не давала вам повода.

– А он мне и не нужен. Достаточно того, что ты очень необычная девочка, а теперь я знаю, что и очень вкусная, – он кончиком языка пробует свои губы на вкус и заключает: – Сладкая.

– Убирайтесь. Я позову на помощь.

– А до сих пор почему не позвала?

Этот простой вопрос ставит меня в тупик.

Вот правда, почему?

Магические заслоны уже исчезли. Он протягивает руку очень медленно, и на это мягкое плавное движение мой огонь не реагирует агрессией. Пальцы гладят мою щёку, и я замираю от незнакомого томительного ощущения внизу живота. Бездонные синие глаза опять слишком близко. Его губы слегка касаются моих. Шёпот:

– Мы ещё увидимся, Огонёк.

На окне колышется занавеска. В комнате уже никого нет.

Вниз я спускаюсь в глубокой задумчивости.

Ну почему я не позвала на помощь могу легко объяснить.

Хватит с меня разговоров и пересудов.

Но почему позволила приблизиться к себе второй раз? Неужели… ну да, он на меня как-то подействовал. Магия?

Ты серьёзно? А на лестнице тоже была магия? Когда ты слетела к нему в объятия, и, пока стражник не вмешался, отнюдь не спешила из них выбираться. Не-ет, моя хорошая, это твоя распущенность, совершенно непозволительная.

Чувство одиночества после того, как резко лишилась дома, подвело. Обнимашек захотелось. Так это была не мамочка, чтоб ты знала, дорогая.

Он, конечно, особенный, и этот запах… так всё, берём себя в руки, и будем общаться с людьми осторожно, на расстоянии. Такого я больше не допущу. Увидимся? Следующий раз меня врасплох не застанет ни он, и никто другой.

Вот только очень не хочется сейчас оставаться наедине со своими мыслями и ощущениями.

– Господин Инспектор, ­можно, девушки поедут со мной? В карете много места …

– Нет, ­– звучит холодно и безразлично.