Огонь, пепел и ветер

В полумраке, Агата разглядела лицо Исоры, склонившейся над ней. Ее тугой каштановый локон, щекоча падал ей на шею.

– Что-то случилось? – также шепотом спросила Агата.

– Мне надо в отхожее место. Сходи со мной? Одна я боюсь.

На мгновение Агата пожалела, что она такой хороший друг и не может отказать или бросить подругу в беде. Но, делать было нечего, и она поднялась на ноги, сбрасывая с себя и тут же забывая, приснившийся ей причудливый сон.

Остальные девушки спали, и никто не шелохнулся даже, когда они прошли мимо, следуя в укромную нишу, больше напоминавшую крошечную пещеру.

Там было еще темней и Агата порадовалась, что захватила с собой огненный камень. Она сжала его основание, наполняя его своей колдовской силой и он мягко загорелся с другой стороны.

Агата отошла в сторону и повернулась к Исоре спиной, чтобы не смущать ее своим взглядом. Она смотрела на водопад, тонкой струйкой стекавший из трещины в скале и уходивший в темный и круглый провал в земле.

Что-то словно толкнуло ее в спину, и она подошла к этой черной и непроглядной тьме.

Она вглядывалась в нее, гадая, что таится на том ее конце. Быть может, там лежит Царство вечной тьмы, где текут огненные реки и стелется черный туман, куда создатель и семь сестер отправляют умерших, бывших при жизни дурными людьми, чтобы их сердца и печень очистились от зла?

От этих мыслей Агате сделалось жутко.

Она сделала шаг назад и наткнулась спиной на Исору, бесшумно подошедшую к ней.

– Агата, – прошептала та ей на ухо.

– Что?

– Прости.

Исора вдруг резко и сильно толкнула ее в спину, и Агата, не удержавшись на ногах улетела вперед, и ухнула в провал, падая вниз.

Глава 10. Слабость и обратный целитель

Кир с трудом разлепил глаза, выныривая из зыбкого марева сна. Он чувствовал себя, как при тяжелой болезни, когда голова становится столь тяжелой, а сознание таким неясным и пустым, что едва можно связно мыслить.

Он лежал на боку на застеленной простынями кушетке. Изучив комнату вокруг себя мутным, плавающим взглядом, он понял, что находится там же, где проходила та злосчастная беседа с Фролом Зерионом, на которой он так сглупил.

Кир не помнил, как и когда его раздевали, но вдруг, со смущением, понял, что он бос и остался в одних лишь нижних одеждах.

Тяжело оперевшись о край кушетки, он сел. Голова закружилась так сильно, что его повело в сторону. Он упал, едва не ударившись лицом об деревянное изголовье.

Кто-то подхватил его за плечи.