Огонь, пепел и ветер

На указательном, среднем и безымянном пальцах плотно сидели кольца – медное, оловянное и, полученное самым первым – железное. Яркий свет свечей упал на него, играя бликами, и она заметила то, о чем забыла уже давно – тонкий золотистый волос, обвивавший железное кольцо. Когда-то во время своей первой аудиенции с драконом-императором она вырвала его из его головы, и обернула вокруг кольца, уложив в выгравированные на нем линии узоров. Агата попыталась его отодрать, но волосок сидел так плотно, словно намертво прирос к железу.

Сидевшая по правую руку от нее Магда, удивленно на нее покосилась, и Агата смутилась, словно пойманная за чем-то неприличным. Неловко улыбнувшись, она ухватилась за нож и вилку и принялась резать на мелкие кусочки разложенную на тарелке форель.

За столом висела тишина больше подходившая склепу, чем обеденной зале. Девушки ели склонив головы, служители передвигались так тихо, что не было слышно и шелеста одежд. У стены, скучая стоял генерал Аверин. Он никогда не садился с ними за стол, и Агата гадала было это потому, что он не хотел или же его не звали.

Графиня Дэву, тоже обычно с ними не ела, но присутствовала в зале, стоя возле генерала и хватаясь за его локоть так, словно без него она бы упала. Иногда Агата ловила на себе ее пристальный взгляд, отчего сразу чувствовала себя неуклюжей и судорожно пыталась вспомнить, каким прибором ей следует сейчас есть, и ничего ли она не путает.

Дракон-император сидел, подперев подбородок рукой. Он так и не прикоснулся к еде. Лишь взял ломоть хлеба, но только для того, чтобы смять его в пальцах, слепив несколько хлебных шариков.

Его взгляд туманный и задумчивый, полудетский, змеиный и полный невысказанной тоски, которую одна Агата могла почувствовать, был устремлен вперед. Он глядел сквозь высокие окна, открывавшие вид на скалы и зиявший внизу, в разломленной земле, темный проход в подземелья Драконьего ложа.

Занималась гроза и первая тонкая молния ударила в вершину скалы. На мгновение их ослепило яркой вспышкой и затем, спустя три удара сердца, оглушило ударом грома.

Андроник Великий толкнул пальцем бокал и тот опрокинулся, разлив по скатерти гранатовый нектар, побежавшее вперед бурой рекой.

Агата посмотрела на него с удивлением. Он прекрасно знал, что делать так за столом нельзя, но все равно сделал. Нектар впитался в скатерть, въевшись в нее уродливым загнутым символом.

– Пора со всем этим закончить, – сказал дракон-император все так же безучастно глядя вперед.

Невесты подняли головы.