Огонь, пепел и ветер

– Позвольте мне с ней поговорить, – попросил Кир.

– Вы настолько самонадеянны, что думаете, будто госпожа откроется тому, кто ее похитил и поставил в такое положение?

– Чем с этой точки зрения вы лучше меня?

– Действительно. Что же, почему бы нам не попробовать, – Тару кивнул.

Слабый свет свечей мазнул по его лицу и только сейчас Кир заметил густые темные тени, окутавшие его веки, отросшую щетину и изнурительную бледность.

Щелкнув пальцами, Тару снова позвал слугу и, что-то шепнув ему, отослал прочь.

Затем Кира проводили в еще одну лишенную окон комнату, к счастью ни кушеток, ни благовоний здесь не было. Сквозь решетку под потолком внутрь проникал прохладный и влажный воздух.

За столом сидела госпожа Пинна. Вместо алых шелков на ней было простое серое платье из грубой ткани, но чистое и приличное. Темные волосы были заплетены в косы. Лицо ее покраснело, а глаза казались влажными и пустыми. Должно быть, так на нее действовало зелье правды.

Кир сел за стол. Он чувствовал себя сейчас госпожой Агатой, призванной усмирить обезумевшую хищную птицу и, как и она, он знал, что будет делать.

Тару остался стоять возле стены. Помимо них в комнате было еще с полдюжины охранников.

– Госпожа Пинна, рад видеть вас в добром здравии, – сказал Кир. – Скажите, вас здесь не обижают?

Она ничего не ответила, продолжая резать его пустым взглядом и он продолжил:

– Хотел принести извинения за то, как бесцеремонно поступил вчера с вами. Увы, у меня не было другого выбора.

Чтобы как-то загладить свою вину, я принес вам кое-что.

Из висевшей на поясе сумки, Кир извлек обернутый шелком сверток. Размотав ткань он извлек наружу крошечную, размером с ладонь, фарфоровую куклу, изображавшую дракона-императора.

Кукла была разодета в расшитые золотыми нитями одежки, точно такие же, как те, которые носил Андроник Великий. На голове у нее были убранные в прическу, мягкие светлые волосы. Кир знал, что их срезали с головок юных воспитанников культа и оттого они были такими нежными и тонкими.

В руках и ногах были крошечные шарниры, а отлитые из стекла глаза обрамляли загнутые ресницы.

Стоявший за спиной у госпожи Пинны, генерал Тару скривил лицо, всем своим видом показывая, что он думает об несогласованных с ним подарках для узницы. Не обращая на него внимания, Кир усадил куклу перед собой на стол. Он видел, как оживились и зажглись интересом глаза девушки.

– Это мой подарок, уверен он вас порадует.