Огонь, пепел и ветер

Слишком уж явно все было бы, если бы глас дракона-императора и одна из его невест отправились бы на прогулку на рухах в тот же вечер, когда пропала госпожа Пинна.

Чтобы этого избежать, Кир заранее пронес на Лунный остров два седла из тонкой телячьей кожи. Они были не такими крепкими и основательными, как те, которыми они пользовались обычно, но зато их можно было легко убрать в сверток, и спрятать между камней в укромном месте.

В отличие от Кира, Елена могла все время быть подле других девушек и выгадав время, когда госпожа Пинна вновь отправится на одинокую ферховую прогулку, дать об этом знать Киру, через перстень.

В Приюте Цицелии было столько укромных лестниц, темных коридоров и черных ходов, которые за это время, они хорошо изучили, что выскользнуть наружу, не привлекая внимания лишних глаз, оказалось весьма просто. Если, кто-то и заметил, как они покинули дворец, то что с того? Вечерние прогулки были полезны для крепкого сна, а нагнать пешком госпожу Пинну, ехавшую ферхом, все равно было бы невозможно.

Дойдя до укромного места, скрытого зарослями тисов и выступом скал, они призвали рухов. Синекрылая Айрин и угольно-черный с алой каймой по крылу Арай, и так уже летали поблизости.

Накинув на их спины седла, они взмыли в воздух.

Ветер ударил в грудь, заставив слезиться глаза, и отогнав тревогу. Кир уже все для себя обдумал много раз и был уверен, что то, что они задумали правильно. Нельзя было упустить возможность узнать, где лжекняжна Мира спрятала кольца.

Ментальная связь, существовавшая между рухом и его всадником, позволяла последним не только обмениваться друг с другом сообщениями, но и пользоваться острым птичьим зрением.

Вскоре они углядели яркий сполох лазурного и алого цвета – так с высоты выглядела госпожа Пинна и ее ферналь. Они следили за тем, как девушка поднимается выше и выше по горной тропе, затем, спешившись, привязывает птицу и идет дальше уже одна сквозь рощу, приближаясь к обрыву скалы.

Момент выглядел, как крайне подходящий для их целей. Рухи устремились вниз.

Госпожа Пинна стояла одна, возле обрыва, глядя на то, как сгущается, оборачиваясь розовым и алым цветом небо, как далеко внизу бьется об камни море, разбрызгивая пену.

– Генерал Аверин, княжна Елена? – она повернулась к ним, когда их рухи опустились на камни.