Огонь, пепел и ветер

Тару остановился у одной из гробниц неотличимых от всех предыдущих, мимо которых они проходили. Эта часть Деревни мертвых была отдана под упокоение бедняков и безродных – тех у кого не было родового склепа.

Дверь оказалась не заперта и они вошли в, пахнувший пылью, плесенью и тленом, узкий коридор, вдоль стен которого тянулись ниши, занятые телами, прикрытыми белой тканью. Где-то погребальные саваны почти истлели, а где-то казались свежими, точно только сорванные с веревок выстиранные простыни.

На полке у двери они позаимствовали свечи в медных плошках, и воспользовались лежавшим там же огненным камнем, чтобы их зажечь.

Кир прижал к носу, смоченный в духах, платок, и, проходя мимо ниш, старался не присматриваться к тому, что там лежало.

– Вот, это здесь, – сказал Тару, останавливаясь и отнимая от лица платок.

Кир предусмотрительно надел перчатки. Протянув руку, он стянул саван с тела.

Ему не впервые приходилось видеть мертвых.

Отчего-то, глядя на нее, Кир вспоминал не дерзкую, самоуверенную девушку, которую почти не знал, а ее мать – жену генерала Хайро. Когда-то, задолго до восстания, их семьи были дружны, и она была близкой подругой его матушки. Приходя в их дом, она всегда гладила его по голове и дарила сладости.

– Так, что это она, генерал? – поинтересовался Тару, вырывая его из воспоминаний. – Теперь вы мне верите? Никто не мог похитить лжекняжну и заменить ее на мертвое тело, как мы с вами сделали с госпожой Пинной.

Плотнее прижав платок к лицу, Кир склонился над телом. В гробницах всегда было не тепло и не жарко, и потому тела дольше не были подвластны тлену. И все-таки признаки разложения уже коснулись смуглой кожи. Поборов омерзение, Кир коснулся ее волос, пропустил между пальцами черно-белые локоны.

– Что вы так смотрите? – поторапливал его Тару, нервно косясь на соседние ниши. – Она, что же была вашей возлюбленной?

– Спасибо семи сестрам – нет, – отозвался Кир. – И, думаю, вы правы, ее подменили еще до того, как она успела умереть.

– Что?!

– Видите ее волосы? Белые пряди должны расти сами собой – это седина, вызванная применением дара. У ее отца, вся голова уже белая, а у нее пока только пряди. У... этой девушки волосы явно покрашены.