Огонь, пепел и ветер

Быть может, они были сообщниками, а затем их пути разошлись? – предположил Кир Аверин.

Вскочив на ноги, он принялся мерить пещеру широкими шагами, Агата же осталась сидеть на месте. Она была взбудоражена, испугана, и чувствовала странный восторг от того, как постепенно распутываются нити и хотела тянуть их дальше, пока все окончательно не станет ясным.

– Выходит, что кроме его величества есть и другой дракон? – воскликнул Кир Аверин. – Но, это так странно... Неужели, никто о нем не знает, никто его не видел?

– Если это водяной дракон, то, возможно, он скрывается на глубине, – предположила Агата.

– Моря и океаны огромны и едва ли мы знаем их хоть на сотую часть.

– Все равно, он должен был бы иногда подниматься на поверхность. Его бы заметили с кораблей и рыбацких лодок. Ходили бы слухи и легенды, но ничего подобного нет.

– Он... то есть она, как и его величество способна принимать человеческий облик. Тогда она может просто жить среди людей.

– Да, это вполне вероятно, – нахмурился Кир Аверин и замер на месте.

– Тогда дракон может быть где угодно. Чтобы спрятаться среди людей, ей всего лишь нужно не показывать когтей и змеиных глаз. Хотя, странно, что создание наделенное такой мощью предпочло скрываться, а не заполучить в свои руки власть, как это сделал Андроник Великий.

– Его величество знает о других драконах, – сказала Агата. – Он упоминал, на нашей первой аудиенции, что появился из их плоти и крови, и что поколения людей рождались и умирали не зная других драконов, кроме него. И что если повезет, то и мы о них не узнаем.

..

– То есть, выходит, что сейчас иных драконов нет, но они могут появиться? Откуда они приходят? Из других миров?

– Может быть, они все время здесь. Знаете, тогда в шахтах, когда мы заблудились и думали, что все кончено, я пыталась призвать дракона-императора и... – Агата замолчала, понимая, что выдает себя.

Никто кроме нее самой и Фрола Зериона не знал о том, что она могла говорить не только со змеями, но и с драконами.

– Вы пытались призвать дракона-императора? Каким образом? – поинтересовался Кир Аверин, подходя к ней, и вновь опускаясь на землю.

Она молчала, опустив взгляд. Внутри вдруг проснулся страх и стыд за ее собственный дар, который прививала ей мачеха.

– На испытании оловянного кольца вы пели, и вас слушалась золотая кобра. Она поднялась из своей корзины и начала извиваться, точно танцевать, а затем на ноги вскочил дракон-император и тоже принялся плясать. Тогда я принял это за его очередную блажь, но что если..