Пощады, маэстрина!

Белье Мариэллы в утиль, это я больше не надену. Ветхий плащ тоже. И все прочее, что выглядит потрепанным, поношенным и жалким.

Ну не могу я себе позволить явиться к новому месту работы в облике «обнять и плакать». Нельзя. Люди одинаковы во всех мирах, уверена. Меня должны сразу принять и оценивать как молодого специалиста, уверенного в своих силах. Небогатого. Не шикующего. Но следящего за внешним видом.

Будем впечатлять не количеством, а качеством. Пусть у меня всего три наряда, но приличные. Потом дополним гардероб, когда начну получать заработную плату.

Упаковав багаж и убедившись, что ничего не оставила в шкафу, под кроватью и на столе, кроме сваренных зелий, я закончила уходовые процедуры. Мне завтра нужно быть красавицей, насколько это возможно.

Эпиляция. Дезодорант продолжительного срока действия. Тоник для кожи лица и тела. Зелье для волос, чтобы блестели и хорошо укладывались в прическу.

— Ну что, Софи? — обратилась я к малышке. — Готова к новой жизни? Справимся? Ты как считаешь?

Мнение Софи выразилось в слюнявых пузырях и беззубой улыбке.

Забавная кроха. Но все-таки, почему она совсем не плачет? Это нормально? Мне казалось, младенцы должны часто рыдать. А тут тишь да благодать. Но кряхтит и издает звуки, похожие на агуканье. Значит, не немая. И реагирует на мой голос. То есть проблем со слухом тоже нет.

— Давай-ка вытрем слюни, покушаем и спать. Завтра мы с тобой ни свет ни заря отправляемся в путь.

... Люблю утренние рейсы. Шутка.

Ненавижу. Но признаю их полезность, поэтому всегда беру билеты на ранние часы, если куда-то лечу.

Вот и сейчас... Только ведь легли, спрятав в саквояж весь скарб и оставив лишь «ручную кладь». А уже встаем, собираемся, зевая так, что, кажется, челюсть сейчас вывихнем.

И спускаемся вниз.

Я еще с вечера договорилась с мадам Фолей, что мне вызовут экипаж к определенному времени. Местное «такси», четырехногое, запряженное в четырехколесное... Слуга помог мне отнести вещи и загрузиться.

Неожиданным стало, что хозяйка пансиона вышла нас проводить, несмотря на раннее утро.

— Светлой дороги, Мариэлла. Будьте счастливы и вы, и малышка, куда бы ни держали путь. Не знаю, что случилось, почему вы так резко, буквально за одну ночь, взяли себя в руки. Но вы больше не похожи на тень, и я рада. Такой вы мне очень нравитесь.

— Спасибо, мадам. Я признательна вам за помощь и за... — Я помялась, но добавила от имени той, прежней Мариэллы. — За добрые слова и молчание.