Ты задолжала мне сладкую ночь

– София была невинной, когда я взял её впервые, в отличие от тебя, – устало пояснил боярин и снова поглядел на свою неверную жену. – Предлагаю разойтись полюбовно.

– Что? – Акулина решила, будто ей послышалось.

– Развод, дорогая, я предлагаю развестись. У тебя и твоих детей будет достойное содержание, на этом все...

– Но тебе ведь нужен был наследник!

– Когда у Елены родится сын, он станет моим наследником. Ты согласна на развод?

– Нет! Ни за что!

– Соглашайся, иначе процесс станет публичным, а ты не сможешь сохранить лицо.

– Но и ты тоже! – выкрикнула женщина.

– Я готов пойти на подобные жертвы, главное обезопасить Елену от твоей дурной семейки.

– Елена, Елена, Елена, вот все что я слышу последние пятнадцать лет, с тех пор как это отродье перебралось в мой дом.

– Это мой дом Акулина. Я даю тебе день на размышления, завтра на закате явишься ко мне документы подпишем, ежели не придёшь, бумаги отправятся прямиком в суд. И не вини меня потом за последствия! – изрёк боярин Яснев и вышел из женской спальни.

Стоило ему захлопнуть дверь, как позади раздался грохот. Это Акулина разбила старинный сервиз, затем она расколотила вазы, порвала картины, порезала дорогие гобелены, но все это не помогло утихомирить ярость в сердце женщины.

– Я тебя убью, Елена!

Елена Прекрасная

– Барышня! Барышня!

– Почему она молчит?

Невнятные голоса за дверью заставили Елену поморщится, опять соседи гостей позвали с утра по раньше, барышня накрылась подушкой с головой и перевернулась на другой бок.

– Может спит крепко?

– Барышня! – голоса никак не желали заткнуться, а голова после вчерашних возлияний ощутимо побаливала. Какие-то гости нынче шумные, однако подниматься с постели и делать замечание, оказалось выше ее сил.

– Что за суета с утра по раньше? – послышался смутно знакомый голос.

– Там барышня не отзывается…

– А-а-а, так вот чего они горлопанят, – Елена поморщилась, кто ж там такой упертый и когда они заткнуться, – я спать хочу! – простонала девушка и крепче прижала подушку к голове.

Вдруг послышался грохот, потом жалобный скрип и такой звук, будто нечто большое упало, а затем десятки ног протопали аккурат мимо нее.

Законовед приоткрыла один глаз, да они что издеваются? С трудом разлепив оба глаза барышня поднялась с постели.

– А где это я? – спросонья не сообразила она. Зато узрела десяток слуг, что толпились в купальне и с перепуганными лицами заглядывали в глубокую бадью.