Враг мой – муж мой

И ты сам должен будешь выбрать: остаться опозоренным или погибнуть от моей сабли.

Америс вскочил. Его бледные щёки вспыхнули. На этот раз Эстарм предпочёл вмешаться.

– Господа! – король в примиряющем жесте поднял руку. – Ваши шутки переходят границы. Сын мой, сядьте. Герцог пошутил. Эйдэрд, друг мой, мне по душе твоё желание защищать мою дочь. Я снова убедился в правильности собственного выбора. Но это уже чересчур… И постарайся поменьше употреблять запретное имя. Пусть он и твой предок.

– Отец! – завопил Америс гневно.

Похоже принц впервые встретил отпор со стороны короля.

– А сейчас – да начнутся танцы, – перебил его монарх, бросив гневный взгляд в сторону балкона, где разместились музыканты.

Принц обжёг Леолию взглядом, и девушка внезапно ощутила какую-то противную слабость. «Когда он станет королём, то сделает всё, чтобы испортить мне жизнь», – поняла она. Но думать об этом не хотелось. И видеть ядовитый взгляд брата – тоже.

Принцесса вновь обернулась к жениху и прошептала:

– Пригласите меня на танец.

К её удивлению, герцог не возразил и не сыронизировал. Он молча встал и поклонился, а затем протянул ей правую руку. Она вложила в его ладонь свою ладошку и вышла из-за стола. Очень хотелось есть, но оставаться под взглядом Америса девушка больше не могла.

– Вы тоже считаете, что та, что покушалась на меня, уже мертва? – спросила Леолия, ступая в танцевальном шаге и покачивая пышной юбкой.

Герцог положил ей руку на талию, и этот жест отчего-то вызвал у принцессы странный трепет.

– Нет, – тихо ответил он. – Расследование продолжается. Но пусть Ваше высочество это не беспокоит.

– Не беспокоит?! – возмутилась она, с усилием отрывая взгляд от его чёрных омутов. – Возможно, в ваши планы входит моя смерть, но в мои – точно нет.

– Если бы вас хотел убить я, вы уже были бы мертвы. Но сейчас ваша смерть для меня не желательна, а, значит, вы будете жить. Расскажи вы мне, когда прибежали в мою Берлогу, что на вас было совершено покушение, то второго бы не произошло.

Леолия вздрогнула. Откуда он…

– След гарроты на шее, – милостиво пояснил Эйдэрд.

– Вы… вы расстёгивали мой воротник?! – прошипела она, резко останавливаясь.

Пары, идущие за ними, тоже затормозили. Раздался чей-то «ой». Видимо, оттоптали ногу.

– Не только воротник, – холодные глаза герцога отразили её смущённое лицо. – Грудь нужно было освободить от одежды, иначе вам было бы сложно дышать.