Враг мой – муж мой

Вот и поговорили!

А ведь она всерьёз считала, что два взрослых человека способны друг с другом договориться! Возможно, так оно и было, но только если один из них не медведь.

Шуг просыпался. Кричали уличные торговки, прислуга богачей торопилась купить у них свежую зелень. На набережной принцесса столкнулась с несколькими влюблёнными парочками, очевидно прогулявшими всю ночь. Но только оказавшись, наконец, рядом с дворцом, Леолия смогла сбросить капюшон.

Закончилась бессонная ночь, наступило утро, но кровь оскорблённой девушки кипела яростью, а потому принцесса не чувствовала усталости.

***

Она была похожа на щегла, попавшего в руку охотника. Яростная, готовая биться до конца, но при этом хрупкая и беспомощная. Эйдэрд смотрел в сверкающие глаза медово-карего цвета, и неожиданно ему захотелось успокоить девушку. Разжать кулак и выпустить пичугу.

Но нет, нет. Этого было делать нельзя.

Медведь выпустил её из захвата и отошёл к окну, преодолевая неуместную жалость.

Всё будет так, как он решил.

– Нет, – холодно ответил Эйд.

– Что – нет?

– Вы предложили сделку, – ответил он, глядя на протекающую мимо окон серебристую Шуггу. – Я отвечаю вам «нет».

Герцог говорил спокойным и ровным голосом, наблюдая за тем, как Юдард у ворот возится с Мишкой. Наивная неопытная девчонка! Пришла в дом взрослого неженатого мужчины, чтобы отговорить его жениться на ней! Смешно.

Но откуда она узнала про решение Совета?

Забавная пичуга. Говорит, что презирает, обвиняет в том, что Медведь – бесчестен, но вся её репутация, вся её жизнь сейчас – в его руках.

– Эйд, что за крики?

Он резко обернулся. В дверях застыла Алэйда в соблазнительном пеньюаре. Что эта здесь делает? Кто разрешил ей входить туда, куда её не звали?

Герцог нахмурился.

Птичка выпорхнула из клетки, оскорблённая в лучших чувствах. Ну, полетай пока на воле.

Взбешённая Алэйда подскочила и, раньше, чем мужчина понял, что она собирается сделать, ударила его по щеке, затем занесла руку для второго удара, но Эйдэрд уже очнулся и успел остановить, сжав тонкую кисть.

– В этот раз я тебя прощу, – прошептал он, заглядывая в голубые перепуганные глаза. – Но лишь в этот раз.

– Эйд, мне больно, – захныкала любовница.

Он отбросил её руку.

– Никогда больше не повторяй эту ошибку, Алэйда.

Девушка скорчилась от тяжести его взгляда.