Враг мой – муж мой

Другое – серебристо-серое, атласное с тонкой вышивкой серебряной нитью по подолу.

– Мы не успеем доделать оба, Ваше высочество, – величественно произнесла старшая из портних – грознобровая седовласая дама. – Прошу вас, выберите то, в котором будете принимать участие в торжественном обеде.

Леолия задумчиво коснулась бархата, провела рукой по атласу. Оба платья нравились ей. Она забыла, когда в последний раз касалась благородных тканей. Впрочем, нет. Последний раз был три дня назад: она гладила гардины в комнате настоятельницы.

Двери распахнулись, пропуская двух богато одетых девушек. Швеи тотчас почтительно присели, но вошедшие, казалось, вовсе не заметили мастериц.

– Доброе утро, Ваше высочество! Мы – ваши первые фрейлины, – приветливо улыбнулась та, что вошла второй. – Моё имя – Ильсиния. Я дочь хранителя Серебряного щита.

Это была миниатюрная девушка. Её платиновые волосы украшала аметистовая диадема, красиво подчёркивающая синеву прекрасных глаз, а нежно-сиреневое шёлковое платье придавало тонкой фигуре воздушность.

Леолия невольно улыбнулась Ильсинии. Это был первый человек во дворце, встретивший её дружелюбно.

– Моё имя – Алэйда, дочь герцога Золотого щита, – холодно представилась та, что вступила в комнату первой.

Голубые глаза, золотые локоны, сколотые рубиновыми заколками. Алое нижнее платье, верхнее – бархатное вишнёвое, расшитое золотом. Королева – да и только.

Леолия ощутила укол неприязни, но удержала себя от её проявления. «Не спеши судить» – одна из важнейших заповедей милосердных дев.

– Рада познакомиться с вами, – мягко ответила она, сделав приглашающий жест рукой. – Надеюсь, мы с вами подружимся.

Алэйда гордо вскинула голову, а Ильсиния, кажется, искренне обрадовалась.

– Мне как раз нужна ваша помощь. Какое из этих платьев выбрать на сегодняшний обед? – Леолия немного отошла и стала наблюдать за новенькими фрейлинами.

– Фиолетовый вполне подойдёт вашей масти, Ваше величество, – процедила Алэйда, едва пробежавшись взглядом по дивану, на котором раскинули свои подолы наряды.

Леолии показалось, или гордячка чуть презрительно усмехнулась?

– А мне кажется, серебристое прекрасно подчеркнёт нежный тон вашего лица. И потом, тёмный цвет хорош для вечерних приёмов, – не согласилась Ильсиния, – и он несколько взрослит обладателей тёмных волос.

– Благодарю вас, – кивнула Леолия и обернулась к застывшим в почтении швеям.