Волчица Советника

И чувствовала себя при этом дура дурой. Я ведь не боялась Йарру — побаивалась, да, но тоскливого ужаса, отравившего прошлое лето, уже не испытывала. Не ненавидела его — ненависть давно прошла, даже не злилась — пощечину графу я отвесила от души, действительно спустив накопившийся пар.

Я на него обижалась. Дулась, как на Тимара, как, давным-давно, на Алана. Как на Сорела, когда тот отказывался со мной танцевать.

Но это же неправильно, лярвин дол! Кто мне Йарра? Друг? Брат? Жених? Кто?! Радоваться нужно, что он извинился, что подарок принес, что пообещал больше не вести себя как скотина!.

. Вместо этого я упорно от него отворачивалась, отмалчивалась, а когда граф пригласил меня на прогулку, отговорилась разболевшейся головой.

То, что я вру, Йарра понял сразу, но ничего не сказал. Поморщился, повел плечами, будто замерз, вышел. А я осталась. Пнула скамейку так, что она пролетела через весь шатер, и выругалась от боли в рассаженном пальце. Дохромала до кровати, рухнула на шкуры, обняла подушку и заревела.

Нет, в самом деле, а чего я ждала?.

. Что он прыгать вокруг меня будет? Прощения просить, как Тимар? Заглядывать в глаза, как Алан? Уговаривать?

«Был несдержан, этого больше не повторится».

Да что он за чурбан такой?! Сухарь! Пенек Лесной, бесчувственный!

И я… дура. Его Сиятельство Раду Виоре, граф Йарра, Советник князя, Хранитель Востока и ближних Островов, Лорд-Адмирал, Главнокомандующий армией райанов. А я Лира. Просто Лира. Шильда, смесок, глупо понадеявшаяся, что те ночи — они не просто так…

К возвращению графа я успокоилась.

Сменила мятую одежду, заплела волосы в свободную косу — как нравится Его Сиятельству. Даже щеки пощипала, чтобы не выглядеть бледной немощью. Полила на руки, подала полотенце, протянула охлажденное вино.

…у вилланов есть чудесная поговорка о сверчках и шестках. Не стоит о ней забывать.

Даже когда он так смотрит.

В глазах Йарры горел темный огонь; раньше он пугал меня, но сейчас, наоборот, заставлял трепетать в предвкушении поцелуя. Граф медленно пил вино, лаская меня взглядом, и я чувствовала, как начинают гореть губы, как становится тесно в груди, как слабеют ноги.

— Ужин будет готов через час, господин, — сказала я, чтобы нарушить тишину.

Граф кивнул.

— Вас искал виконт Файлен.

Еще один кивок.

Допив вино, Йарра поймал меня за ремень, притянул ближе.

— Я… Простите меня за утро. Я правда не хотела…

Кубок негромко стукнул по поверхности стола, и мой рот накрыли прохладные губы. Твердые, требовательные, настойчивые.