Печенье с предсказаниями

- За твой счет, что ли? – едко поинтересовалась Клалия.

- За мой, - согласилась я устало. Сил спорить не было. Не обеднею я от пары монет, а кому-то будет маленькая радость.

- Дура ты! – с удовольствием припечатала она, поправляя завязки передника. – Будешь так деньгами разбрасываться, никогда в люди не выйдешь.

К счастью, ее отвлек понурый джентльмен, который почти упал за столик у окна и уронил голову на руки.

- Девушка, кофе! – попросил он больным голосом.

Каким ветром его к нам занесло? Судя по весьма помятому виду, сейчас он нуждался в чем-то покрепче кофе, а у нас такого не подавали.

- Минуточку! – пропела Клалия сладким голосом. И обернулась ко мне: - Вот ему и предложу твой... комплимент!

И, чуть покачивая пышными бедрами, удалилась колдовать над кофейником...

Печальный джентльмен вдруг стукнулся головой о столешницу, потом еще раз и еще. Чего доброго, сломает хлипкую мебель, а мне потом отвечать!

Пришлось взять со стойки забытое Клалией печенье и топать к странному гостю.

- Мистер, с вами все в порядке? – спросила я с опаской, тронув его за рукав пиджака.

- А? Что? – он поднял голову, посмотрел на меня невидяще, поморгал. Седые волосы, старомодные бакенбарды, запах дорогого одеколона. – Вы кто? Где я?

Я опешила на мгновение, потом отрапортовала:

- Повар-кондитер Синтия Вирд. Вы в кафе-кондитерской «Си-бемоль», сейчас принесут ваш кофе.

- А? Да? – он обеими руками растер помятое лицо. Симпатичный пожилой джентльмен в дорогом костюме и прекрасной шляпе. А в булавке, если мне глаза не врут, блестит настоящий сапфир.

- Не расстраивайтесь, - сказала я с неловкостью и переступила с ноги на ногу. – Вот, съешьте лучше печенье!

И сунула ему блюдце с «комплиментом». Он машинально цапнул печенье и уставился на него с удивлением.

- Кантонский обычай? Как интересно!

- Ваш кофе, сэр! – Клалия выставила перед ним чашечку, сахарницу и молочник. Обожгла меня негодующим взглядом и удалилась обратно за стойку.

Я скомкано попрощалась (джентльмен этого, кажется, даже не заметил) и ретировалась на кухню. А вслед мне доносилось шипение Клалии, возомнившей, что я претендую на ее чаевые, и бормотание пожилого господина: «Но куда, куда она могла деться?! Я пропал, погиб!»

Бедняга, интересно, что у него стряслось? Что же, надеюсь, все наладится.

Я переложила готовые рогалики на блюдо и наконец смогла присесть. Уф, как же я устала! Шевелиться не хотелось, но нужно сварить кофе.